Я знал Черный лес как свои пять пальцев, так как здесь проводили Лудус. Каждую весну ублюдки вроде моего отца, которые называли себя "бизнесменами", начинали игру. Из разных уголков Умбры и за ее пределами похищали тридцать человек. В этот список входили мужчины и женщины, не достигшие сорока лет. Людей бросали в лес, где невозможно выжить, и наблюдали за ними с помощью дронов. Если в течение месяца никто не выбирался из леса, то их добивали Кода и его ребята. Выжить могли только те, кому удалось добраться до трассы, ведущей в город. Но сколько себя помню, еще никто не выбирался из Черного леса живым. Лудус — проигрышная игра.
Я входил в число тех, кто наблюдал за игроками. Каждую неделю запускал в лес волков и лис, которых держали в клетках на территории замка. Хищников не кормили, чтобы из-за чувства голода они разрывали людей. Я незаметно подкармливал животных перед игрой, давая игрокам шанс выжить. Это все, что было можно для них сделать. Но сейчас меня нет в замке, и поэтому хищников пустят в лес очень голодными.
Смотрю на свои наручные часы, которые всегда находятся при мне. Я все делаю по времени, поэтому они стали неотъемлемой частью моей жизни. Мне повезло, что они показывают не только время, но и дату.
***
Я провалялся в лесу почти сутки. Один день потрачен впустую. У меня есть месяц, чтобы добраться до трассы. Я могу успеть, если постараюсь. Черный лес слишком тяжело пройти. Здесь нет прямой плоской тропы. Это просто тайга, где легко заблудиться и умереть.
Я пробегаю взглядом по земле в поисках какой-нибудь палки, на которую смогу опереться. Ходить свободно у меня пока не выходит. Все тело ноет. А мне необходимо сегодня же добраться до ближайшего ручья. Не обнаружив ничего подходящего, я прислоняюсь плечом к дереву и достаю из носка раскладной нож. Мне повезло, что Кода не знал о нем. Иначе я бы остался без оружия.
С трудом тянусь к ближайшей ветке и, втыкая в нее нож, ломаю ее. Очистив ветвь от сучков, я проверяю, насколько она крепкая. Ветка походит на достаточно крепкий посох. Позже я смогу заострить ее конец и использовать как оружие. А сейчас достаточно того, что она у меня есть.
Мне остается понять, где север, чтобы найти путь к трассе. Я смотрю на ближние деревья и замечаю на одном из них смолу. Ее обильные выделения приходятся в мою сторону, значит, я стою на юге, лицом к северу.
Сделав глубокий вздох, крепко обхватываю свой посох и иду вперед. Каждый шаг болезненно отзывается в теле, но мысли о братьях пробуждают силы. Я не могу оставить их. Они наверняка верят в меня и ждут, прикованные цепями в подвалах замка. Отец не позволил бы им оставаться на свободе. Я хочу верить, что над братьями не будут глумиться и морить их голодом. Но жестокая правда, происходившая с нами все эти годы, не позволяет пустить корни надежды в моем сердце.
Мои братья страдают. Возможно, больше, чем я сейчас. И мне не удастся это изменить в данный момент. Но я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы у них было другое будущее. Это моя обязанность как их старшего брата.
Я прислушиваюсь к каждому звуку в лесу. Помимо меня здесь точно находится еще тридцать человек. Обычно всех бросают в разных местах, чтобы игроки не могли сразу найти друг друга и объединиться. Этот раз не становится исключением, помимо того, что в Лудусе появился дополнительный игрок — я.
Иду по лесу ровно час, прежде чем остановиться. Белка, которую я видел, когда только проснулся, преследует меня. Она прыгает с дерева на дерево, издавая цокающий звук. Но мое внимание привлекает не она. За мной следит кто-то еще. И этот кто-то не умеет хорошо прятаться.
Я прислушиваюсь к звукам вокруг себя. До моих ушей доносится журчание ручья. Я нахожусь очень близко к воде. Стиснув зубы, иду на шум и ловлю периферийным зрением тонкую человеческую фигуру. За мной следит девушка.
Я добираюсь до ручья. Даже темный лес не скрывает прозрачность воды, протекающей по камням между деревьями. Я опускаюсь на колени и ставлю посох рядом. Наклонившись вперед, мою руки и лицо, аккуратно промывая висок. Вода в ручье холодная. Но это уже что-то.
Набрав в ладони воды, я задерживаю взгляд на своей правой руке, на которой отсутствует указательный палец. Отец отрубил мне его в двадцать лет, потому что я метко стрелял. Ему не понравился этот мой талант. Или же ублюдок увидел в нем угрозу. Я лишился возможности держать в руке пистолет. Но у меня не пропадала надежда пустить ему пулю в лоб.