Я слышу громкий рык Амарока. Он напоминает мне о реальности. Наружу вырывается то, что давно прячется внутри. Демон, порожденный моим отцом, требует крови.
Я ловлю за запястье мужчину, собирающегося перерезать мне сонную артерию. Он вздрагивает от неожиданности и попытается освободиться от моей хватки. Ему не удается, потому что я тяну его вперед. Нож в его руке входит в грудную клетку мужчины слева от меня. Раздается сдавленный стон, но мне этого мало. Я еще несколько раз вытаскиваю и вонзаю нож в одно и то же место.
Если бы игроки были умнее, Аурелия не пожертвовала бы собой ради меня. Я сдержал бы свое слово и спас её. Мое обещание ей не стало бы ложью, с которой мне придется доживать свои дни. Я достаточно видел в своей жизни. Мне хватало причин презирать себя и ненавидеть. А теперь к ним прибавилась еще одна.
Я втыкаю лезвие в последний раз, и обмякшее тело падает на землю. Мужчина, в чьей руке он находится, кричит от ужаса. Кровь забрызгала ему лицо и одежду. Он не похож на того, кто видел, как кого-то убивают. Но сейчас я специально убиваю его рукой. Будь он немного решительнее, то перерезал бы мне горло раньше, чем невинная девушка спрыгнула с обрыва.
"Демьян! Сделай что-нибудь! Убей их всех! Ты же можешь!"
"Умирать так вместе."
Слова Аурелии не перестают звучать в моей голове. Гнев прыскает в кровь, распространяясь по венам, словно яд. Я поднимаюсь с колен, отпустив окровавленное запястье мужчины. Он с ужасом смотрит на меня и отступает назад.
— Не убивай меня,— умоляет он, бросив нож в сторону. Но сейчас ему не поможет ни Бог, ни Дьявол, потому что я уже принял решение, что он умрет.— Я не хотел всего этого. План был Филата. Не мой!
Я медленно наступаю на него, равнодушно слушая оправдания. Они ему все равно не помогут. Я жду момента, когда он поймет это.
— Я прошу тебя.— Он плачет, столкнувшись со стволом дерева.
Я поднимаю с земли свой посох, ставший лучшим оружием для меня. Увидев это, мужчина пытается сбежать, но не успевает сделать и двух шагов. Я протыкаю его череп насквозь. Он падает замертво, а я оборачиваюсь на крик. Мой взгляд цепляется за Амарока, разрывающего других игроков. Части рук и ног разбросаны вокруг волка. Он беспощаден, как и я. Понимает, что произошло.
Я хватаю свой посох и вытаскиваю его из мертвого тела. Запрокинув голову назад, я ловлю взглядом белый дрон, летающий надо мной. Они все видят и слышат. Уверен, мой отец сейчас смеется. Его порадует любой исход этой ситуации.
— Ты ведь видишь меня сейчас.— Я улыбаюсь, как это любит делать Валериан, словно чертов маньяк.— Каким бы ничтожным отцом ты не был, уверен, тебе известно, когда я становлюсь исчадием ада, в которое ты меня превратил. Ты перешел черту, Игнат Власов! Я даю тебе слово, что ты сдохнешь от моей руки. Я приду за тобой, заберу у тебя жизнь и место Префекта, а твое тело скормлю псам! Даю слово, что у тебя не будет могилы, сукин сын!— Я заношу посох и бросаю его в дрон. Он падает на землю, а его сломанные части разлетаются в разные стороны.
Я не получаю ни капли удовлетворения, сделав это. Я просто ощущаю упадок сил и падаю на колени. Сжав челюсть, я прикрываю глаза и прерывисто дышу. В руках слишком много силы, и её нужно куда-то деть.
Амарок подходит ко мне и толкает мордочкой в плечо. Я бросаю на него взгляд и замечаю сидящую на нем белку-сталкера. Морда волка покрыта человеческой кровью. Его тоже пытались убить из-за меня.
— Мы должны спуститься в ущелье, Амарок,— хриплым голосом говорю я.
Поднявшись на ноги, я сжимаю посох и подхожу к самому краю ущелья. Над ним не нависают деревья. Наконец-то можно увидеть небо, по которому рассыпаны звезды. Полная луна ярко светит, что очень кстати для сегодняшней ночи. Потому что я собираюсь спускаться в ущелье. Я опускаю взгляд и смотрю в беспросветную темноту, в которой скоро исчезну сам. Перед глазами вспыхивает момент падения Аурелии.
— Что же ты наделала, Релли?— Вся физическая боль, которую я ощущаю, копится в грудной клетке. Она заполняет её и выводит меня на эмоции. Обычно я контролирую их, но сейчас они берут надо мной вверх.— Какого черта?! Зачем?!— отчаянно рычу я.
Почему она пожертвовала собой ради меня? Она даже не знала меня толком, чтобы делать такое. Я никто для неё, но она дала мне шанс спасти своих братьев. Она никто для меня. Никто...Тогда почему мне так плохо? Откуда эта дыра в моей груди? Как она там образовалась?
Я ни о чем не могу думать. Знаю только, что должен спуститься за ней прямо сейчас. Я отделяю нож от посоха и забираю второй, наверняка принадлежавший Филату. Взглянув на трупы мужчин, я подхожу к тому, которого убил первым. Разорвав его футболку, я использую её для того, чтобы привязать ножи к ладоням. Спуск в ущелье не крутой, но это не значит, что он не скользкий. Я могу держаться за лианы, но лучше перестраховаться.