Он выглядел не лучше Луки. Волосы слиплись от крови, вытекавшей из пробитой головы, на теле были многочисленные пулевые ранения. Подхватив на руки мужчину, который весил раза в три больше чем я сама, я шатающейся походкой дошла до двери. Лука так и не пришел в себя, и я понимала, что мне не удастся вытащить отсюда обоих пока хотя бы один из них не придет в себя. Склонившись к Луке, я послала сильный энергетический импульс в его тело. Прошла минута, в течение которой его раны затягивались буквально на глазах. Он резко сел, тряхнув гривой волнистых волос. Согнувшись пополам, я закашлялась кровью. Боль в легких была невыносимой.
- Нам нужно уходить, - мой голос прозвучал хриплым шепотом.
Горло горело огнем, словно нечто ядовитое пожирало его изнутри.
Лука кивнул, приблизившись к дверям, он с силой ударил кулаком о неподатливый металл, проломив его с такой легкостью, словно он был не более чем куском фанеры. Руками он быстро увеличил дыру, и вскоре я смогла пройти следом за ним к лифту. Ян по-прежнему находился в ужасном состоянии. Подрагивая, лифт летел вверх, и я молилась о том, чтобы не отключился источник бесперебойного питания, поддерживающий функционирование лифта.
- Он был с вами? - спросила я тихо.
Брюнет кивнул. Новый приступ кашля заставил меня соскользнуть на пол и упереться ладонями в пол, рядом с лежащим на нем Яном.
- Вероятно, он погиб при обвале, - предположил Лука.
Я покачала головой.
- Он не мог погибнуть, раз уж тебе удалось выжить, - протянула я.
Моя рука легла на лоб Яна, и я постаралась передать ему как можно больше своей энергии и сил. Его сердце стало биться чаще и ровнее, в то время как мое зрение стало слабее, сделавшись монохромным.
- Ты любишь его? - голос Луки прозвучал на удивление спокойно. - Если бы не любила, то не смогла бы ослушаться приказа владельца медальона. Это была та самая лазейка, что оставил для тебя отец, создав этот медальон, - тяжело вздохнув, он убрал с лица прядь пыльных волос и добавил. - Ян уничтожил медальон, он сделал то, на что мне никогда бы не хватило сил. Я никогда бы не смог ослушаться брата.
Я смотрела на Луку с немым удивлением, его слова казались мне бессмысленными, и все же я инстинктивно отпрянула от него, сделав несколько шагов от тела Яна.
Губы брюнета изогнулись в зловещей усмешке.
- Он предупреждал меня о том, что ты предашь нас, но я не хотел в это верить. Мы могли быть счастливы, все вместе. Для этого было необходимо убить отца, инсценировать смерть и сбежать в Париж. Мы были бы счастливы.
Мое состояние резко ухудшалось. Меня качало, к горлу подступила тошнота, а перед глазами появились яркие слепящие пятна. Он схватил меня за шею, подняв вверх. Мои ноги оторвались от пола, а из глаз потекли слезы.
- Почему ты предала нас, Ева?
Я не могла ответить, резкая боль пронзила мою грудь. Нож Луки пронзил мое легкое, и изо рта у меня потекла кровь. Я уже находилась на грани обморока, в тот момент, когда, подскочив с пола, Ян одним резким движением выхватил из сапога мачете, и со всей силы ударил им в шею Луки. Его голова слетела с плеч, и в лицо мне ударил фонтан крови. Рука, держащая меня за горло - разжалась, и я соскользнула на пол, погрузившись в темноту.
Глава 25: Сонная кома.
Мне снились сны, красочные и удивительно реальные. Их бесконечный калейдоскоп, сменялся так быстро, что я никак не успевала досмотреть хоть один из них. Они казались мне реальными и живыми, но вскоре сны отошли на задний план, сознание прояснилось, но тело оставалось неподвижным. Благодаря своей способности отделять астральное тело от физической оболочки, спустя бесчисленное количество неудачных попыток, я смогла вырваться из оков плоти.
Взлетев под потолок, я в удивлении взглянула вниз на великолепную дубовую кровать под балдахином из атласа и бархата. На кровати, опутанная трубками и проводками, лежала бледная исхудавшая девочка, в которой я с ужасом узнала себя.
Ее волнистые серебристые волосы водопадом рассыпались по плечам, спускаясь на грудь и доходя до бедер. Малышка выглядела столь юной, что я никогда не дала бы ей больше пятнадцати лет. Что-то неуловимо изменилось в ее лице, в ней самой. Дверь в комнату отворилась, и в нее вошел высокий брюнет. Прямые черные волосы которого, теперь спускались до талии. Мне хватило одного беглого взгляда, чтобы осознать, что я вижу перед собой Яна. Он ничуть не изменился в лице, и выглядел столь же молодо, как и прежде. Сколько же прошло времени с того рокового дня в лаборатории отца и что стало с моим телом?