- А ты не думаешь, что он говорил именно о младшем Валетте? – предположила я.
- Исключено, - Рэн покачал головой. – Все кто знает истинную личность призрачного дельца – мертвы. Кроме нас с тобой.
Мне оставалось лишь кивнуть.
- Может тебе стоит уйти с занятий пораньше?
- Нет, ведь сегодня физкультура. Я хочу попытаться вычислить того кто делает фотографии.
Рэн покачал головой.
- Он может и не показаться, если посчитает, что мы что-то подозреваем. А благодаря тому, что я тебя везде сопровождаю, он тем более не станет высовываться.
- Но тебя ведь не будет в раздевалке и душевой, - заметила я рассудительно. – Я вполне могу устроить представление для того чтобы выманить фотографа.
- И какое же?
Я улыбнулась.
- Не скажу, посмотрим получиться ли у меня.
Остаток пары мы провели с Рэном в кафе на цокольном этаже института. Выпив несколько чашек черного кофе, я немного взбодрилась. Пятна перед глазами перестали появляться слишком часто, да и в целом, я чувствовала себя значительно лучше, совсем забыв про кошмары и бессонную ночь.
Урок физкультуры прошел довольно быстро, и я, освобожденная от многих упражнений по состоянию здоровья, большую часть занятия отдыхала сидя на трибуне. Урок закончился, и все спешили принять душ и поскорее отправиться на следующее занятие. Выждав момент, когда большая часть студенток схлынет, я наконец, направилась в душевую.
Зашумела вода, горячие струи согревали напряженное тело, расслабляя задеревеневшие мышцы. По ножу, прикрепленному к бедру, стекала вода, нагревая холодный металл. Тихие шаги послышались со стороны входной двери, их звук был мягким и едва различимым, но учитывая обострившийся в последнее время слух, появление фотографа не стало для меня неожиданностью. С шорохом, в сторону отлетела занавеска, в руку скользнул нож, подаренный Яном. Золотистые локоны, обрамлявшие лицо мужчины выглядели слегка влажными. Мое дыхание сбилось, а к горлу подкатил ком. Солнечный и всегда улыбающийся Рэн был сам на себя не похож. В его лице что-то неуловимо изменилось, и я в ужасе поняла, что все это время он лишь притворялся другом. В руках он держал острую металлическую стрелу.
- Тебе стоило бы выстрелить до того, как я открыла занавеску. Тогда ты бы не испортил о себе впечатление, а мое чувство прекрасного отправилось бы со мной в ад.
Рэн усмехнулся, и от чего-то его улыбка вышла похожей на хищный оскал животного. Перед глазами замелькали алые блики. Схватившись за голову, я пошатнулась, едва не упав.
- Вижу тебе понравился кофе, правда, вместо сахара я добавил туда яда. Надеялся, что не придется тебя убивать, ведь ты такая хорошенькая, Лили. Но, кажется, те эксперименты, что вытворял над тобой отец, в самом деле, сделали тебя не восприимчивой к некоторым типам ядов.
Приблизившись ко мне, Рэн схватил меня за волосы, запрокинув голову назад.
- Ты мне, в самом деле, нравишься, Лили. Я бы мог оставить тебя себе, да вот только, человек который тебя заказал, был довольно жесток. И какое удивительное стечение обстоятельств, в тот самый день, ты позвонила мне сама, моля о помощи, - голос Рэна звучал до отвращения приторно. – Я подумал немного потянуть, уж очень хотелось тебя отыметь. Мне, видишь ли, не улыбалась перспектива убивать кого-то кто и так едва дышит от нанесенных кем-то другим ран.
Его пальцы скользнули вниз моего живота, и он, что есть силы, прижал меня к себе спиной. Заметив в моей руке нож, он выбил его из руки одним ударом. Руки, которые еще вчера вызывали у меня возбуждение, сейчас заставляли сгорать от стыда и отвращения. Укусив Рэна за руку, когда он попытался вставить пальцы мне в рот, я попыталась вырваться, но тут же получила сильный удар по лицу. Из рассечённой губы хлынула кровь, окрашивая белый кафель пола.
- Ты еще не смирилась? – спросил Рэн насмешливо. – Если дашь мне себя трахнуть, я буду так милосерден, что убью тебя быстро.
Решив, что мой единственный шанс это потянуть подольше время, я молча кивнула.
- Вот и умница, - развернув меня к себе спиной, Рэн расстегнул молнию на ширинке, выпустив на свободу затвердевшую плоть.