- Лили пробыла у нас три года, после чего ее удочерили люди из хорошей, благоустроенной семьи.
Слова заведующей вывели меня из себя, не став сдерживаться я горько рассмеялась. Ян, как и всегда, выглядел абсолютно невозмутимо, а вот по спине заведующей явно пробежали мурашки. Она взглянула на меня с недоумением.
- Прошу прощение, Анастасия Петровна, - пройдя к столу заведующей, я присела на его край, приняв как можно более развратную позу. Женщина вывела меня из себя, и я не пыталась этого скрыть. - Благоустроенная и благополучная семья, говорите? Да вы хотя бы раз были в том доме, в котором я жила? Люди, усыновившие меня регулярно меня избивали. Рассказать, что заставлял делать меня приемный папочка, когда матери не было дома? - на моих губах появилась саркастичная усмешка.
Женщина в страхе отшатнулась.
- Нет, пожалуй, не надо мне ничего рассказывать.
Ян с нескрываемым возбуждением смотрел на мои ноги и затянутые в облегающие шорты бедра. В его взгляде читалась страсть и желание отыметь меня прямо на столе заведующей. Улыбнувшись ему, я провела сережкой в языке по нижней губе.
- Анастасия Петровна, будьте так любезны, назовите нам имя военного, усыновившего Луку.
Заведующая в ответ лишь развела руками.
- Мне не известно его имя, в то время я была помощницей владельца детского дома, и мне не доверяли личных сведений наших благотворителей. Тем более, что тот человек заплатил огромные деньги, чтобы остаться неизвестным. Директор говорил, что он из верхов, и потому не хочет разглашать свое имя.
Ян усмехнулся.
- Вы хотите сказать, что незаконно отдали воспитанника, неизвестно кому? В таком случае меня не удивляет, что Лили попала в семью к отцу - педофилу.
На этом разговор был окончен, поднявшись с дивана, Ян подхватил мое пальто, и поманил меня за собой. Потерявшая дар речи Анастасия Петровна собиралась было нас проводить, но встретив презрительный взгляд Яна передумала. Когда мы только вошли в здание детского дома, во мне еще теплилось желание пройтись по комнатам и попытаться что-то вспомнить, но после разговора с заведующей это желание испарилось. Мне не хотелось вспоминать наполненные тоской дни, которые пришлось провести в одиночестве, пытаясь самой себе внушить, что у меня никогда не было брата.
- Я считаю, что слова сказанные психологом - ложь, - неожиданно заговорив, Ян вторгся в мои мысли. Он помог мне надеть плащ, и обнял за талию. - Скорее всего, так называемый психолог сам внушил тебе то, что ему приказали. Кому-то было необходимо разделить вас, оставив тебя в этом ужасном месте, они забрали Луку, чтобы использовать его в своих собственных целях. Вот только мне совершенно не понятно чего в таком случае они хотели добиться от тебя. Вероятно, Лука обладает теми же способностями, что и мы. Вот только, младшие близнецы в любом случае должны быть уникальны, в отличие от старших, а потому оставить тебя здесь было не логично.
Я пожала плечами.
- Не забывай, что в отличие от тебя, я не могла управлять своей силой в детстве. Но те, кто забрал Луку сделали это не по доброте душевной.
- Возможно, его сила не была сокрыта? - предположил Ян.
Мы вышли на улицу, где снова начался снег. Крупные хлопья в медленном танце опускались с неба на холодный, покрытый заледеневшими лужицами асфальт.