- А вот этого, пожалуй, делать не стоило, - заметил он, назидательно. - Просто чудо, что ты его не убила. Ты не в состоянии контролировать то, чем не умеешь управлять.
- Ты приходила навестить родителей? - спросил Ян, бросив взгляд на оставшуюся распахнутой в квартиру дверь.
- Скорее почтить их память, - хмыкнул Адам.
Его холодные серебристые глаза потемнели от раздражения. Протянув Яну ножи, он окинул его изучающим взглядом. Глубокие раны на теле Адама давно затянулись, и за исключением багровых пятен на светлой рубашке он выглядел - безупречно.
- Твое имя - Лука? - поинтересовался Ян, с сомнением разглядывая глаза, так похожие на мои.
- Адам, - представился брюнет, направляясь к выходу из подъезда. - Лука - средний брат.
Ян вопросительно приподнял бровь.
- Средний? Не слишком ли много близнецов для одного эксперимента?
В ответ я лишь горько улыбнулась.
- Пожалуй, было бы лучше, если бы нас вообще не было, - пробормотала я, выходя на улицу.
Яркий солнечный свет ударил мне по глазам. Я зажмурилась, но свет оставался по-прежнему ослепительным, а все потому, что у астрального тела - веки прозрачные и не в состоянии защитить от солнечного света. Я обернулась в сторону подъезда, где осталось мое тело, и только сейчас осознала, что меня вновь зовет Лука, и моя душа, не зависимо от моего желания своевольно покидает темницу плоти, откликаясь на его зов.
Глава 12: Фантомная боль.
Его зов увлек меня высоко под облака, яркой вспышкой я обрушилась в глубины того самого здания что видела прежде, здания в форме шестиконечной звезды. Лаборатория, кажется больше чем прежде, здесь расположено сразу несколько операционных столов, многочисленные медицинские инструменты холодно поблескивают в свете ламп дневного света. Я вновь погружаюсь в тело юноши, который в отличие от Адама кажется совсем юным и хрупким. Он сидит на больничной кушетке, поджав под себя ноги и обхватив руками колени. Лаборатория заполнена людьми, два лаборанта подготавливают операционный стол, в то время как врач перепроверяет какие-то записи.
Губы Луки едва слышно шепчут мое имя, и кажется, он совсем не осознает, что мое сознание находится внутри его тела, сливаясь с ним воедино. Лаборанты, закончив приготовления, ведут юношу к операционному столу, где пристегивают ремнями. Я чувствую, как ремни впиваются в кожу лодыжек, запястий, бедер, груди и живота. По телу Луки проходит едва заметная дрожь, и он закрывает глаза. Острая боль обжигает грудь и живот. Скальпель касается кожи, аккуратно разрезая ее. Сознание медленно ускользает от юноши и я понимаю, что он с трудом переносит боль, его болевой порог крайне низкий, в отличие от моего.
Боль становится нестерпимой, но как я не стараюсь покинуть тело юноши, мне это не удается. Тяжело дышу, стараясь открыть глаза брата. В ноздри забивается едкий запах кислоты, смешивающийся с запахом крови и обгоревшей плоти. Посторонние звуки не достигают моего сознания, меня окутывает блаженная тишина, которая бывает когда барабанные перепонки повреждены. Мне удается распахнуть глаза всего на мгновение, чтобы увидеть склонившегося над Лукой мужчину. Черты его лица кажутся смутно-знакомыми, но от боли мысли путаются, и я никак не могу вспомнить, где я видела его прежде. Голова раскалывается от невыносимой боли. Глаза Луки стекленеют, а тело начинает холодеть. Меня вышвыривает из тела юноши, проходит не более минуты бесконечного мрака, как я прихожу в себя, вновь обретя плоть и кровь.
Моя голова покоится на коленях Адама, который сидит на заднем сидении огромного джипа несущегося по заснеженному шоссе. За окном усиливается метель, взгляд Адама, встревоженный и полный боли.
- Они пытали его? - вопрос звучит едва слышно, но и я, и Ян слышим в его голосе боль и гнев.
Я прикасаюсь ладонью к щеке юноши, и перед его глазами мелькают смутные образы, и тени той боли, что испытывал Лука и которую я была вынуждена с ним разделить.
- Этого не может быть, - его голос дрожит от напряжения. - Тот мужчина, что ты видела, разве это...
Он не успевает договорить, раздается звук лопнувших шин и мы понимаем, что попали в ловушку. Впереди мост, машину заносит, и она несется в сторону обочины. Адам пытается открыть дверь, и в этот момент в абсолютной тишине раздаются звуки выстрелов. Сметая металлическое ограждение, автомобиль вылетает с моста, обрушиваясь вниз. Треск льда кажется оглушительным, и единственное чего я желаю - погрузиться во тьму. Но, как и всегда она не спешит принять меня в свои объятия.