Я очнулась от яркого света, слепящего глаза и тут же вспомнила масштаб случившегося бедствия. Столь не естественное освещение свидетельствовало о том, что я вновь оказалась в том месте, в котором хотела бы оказаться в последнею очередь, и стоит упомянуть, что так называемый Ад занимал в этом списке предпоследнюю позицию, а именно - в лаборатории очередного безумца. А нет, вовсе не очередного. Распахнув глаза, я встретилась с тревожным взглядом мужчины, перевязывавшим мои раны. Не узнать эти золотые глаза было невозможно. Очередной сумасшедший доктор оказался тем же самым, с которого все и началось. Тем самым, который дал нам жизнь во имя науки и ту самую жизнь, которой мы готовы были пожертвовать, лишь бы все это прекратилось раз и навсегда.
- Ты выросла настоящей красавицей, Ева, - голос отца прозвучал абсолютно нейтрально, и на мгновение мне показалось, что он вообще разговаривает сам с собой, или же я слышу его мысли. - Не удивительно, что этот канадец слетел с катушек, и совсем забыл об осторожности, увлеченный своей похотью.
Я нахмурилась, часто заморгав.
Отец отвел с моего лица прядь волос и посветил фонариком в глаза. Резкая боль заставила меня вскрикнуть. Мужчина в отчаянии всплеснул руками.
- И кто только просил его так над тобой издеваться? Теперь несколько дней уйдет на твое полное восстановление, а я планировал использовать тебя гораздо раньше.
- Где Адам? - мой резко заданный вопрос застал его врасплох. Он кажется, совсем забыл о том, что я умею говорить.
- Я осмотрел его, пока он был без сознания. Он как всегда привязан к тебе слишком сильно, впрочем, это расширяет вашу уникальность. Я был уверен, что он давно достиг своего предела и стал так же бесполезен как и Лука, но оказалось, что он способен эволюционировать ради тебя, - речь отца звучала слишком монотонно и я мало что понимала из сказанного им. Мысли по-прежнему путались.
- Я не понимаю, о чем ты говоришь.
- Во-первых, оказалось, что он может вводить человека в транс, лишая боли, и завладевая чужим сознанием. Хоть эта способность и работает лишь при прямом визуальном контакте, тем не менее, она в своем роде - уникальна. А во-вторых, он смог управлять погодой, вызвав необходимое ему природное явление. А эта способность была развита лишь у тебя, и то в раннем детстве. Так что, полагаю, ты будешь счастлива узнать, что теперь я не намерен вас разлучать. В свое свободное время вы можете заниматься чем вздумается, разумеется, не выходя из лаборатории. Но когда вы будете мне нужны, я буду использовать вас в своих целях.
Приподнявшись, я села в кровати, поправив у себя за спиной подушку. Общая слабость накатывала на меня волнами, вызывая сильное головокружение.
Мужчина усмехнулся.
- Ты уже оценила мое новое изобретение, - произнес он с наигранной небрежностью, указывая на вставленную в сгиб моего локтя иглу. - Не вздумай пытаться вытащить ее. Последствия будут не из приятных. Я сразу заметил, что ты общаешься с Лукой. Твои астральные прогулки на этом окончены. Больше ты не убежишь в тело другого человека. Так что начинай привыкать к боли и слабости.
Он взял мою руку в свою и с силой протолкнул иглу в вену, так что на поверхности осталась лишь довольно большая металлическая головка, похожая, на булавочную. Хриплый крик непроизвольно вырвался из пересохшего горла. Мир перед моими глазами пошатнулся, и я невольно прикрыла глаза. В этот момент дверь распахнулась, и в небольшую палату ввели Адама. Он, как и я выглядел потрепанным и едва держался на ногах.
- Это и вправду ты, отец. Я думал, ты умер! Вот досада. Гляжу не успела счастливая семья воссоединиться, как ты уже развлекаешься практикуя новые виды пыток, - Адам держался нарочито брезгливо. Пытаясь показать что сам в состоянии идти, он оттолкнул от себя одного из лаборантов с такой силой, что тот отлетел от него на несколько метров, ударившись о стену.
- Не стоит вести себя подобным образом, Адам. Если ты, конечно, не желаешь, чтобы я разлучил вас с Евой, закрыв в разных лабораториях.
Юноша сильно побледнел и сразу направился ко мне. Я в удивлении, разглядывала его белоснежные волосы, совсем такие же, как у меня. Он опустился на край моей кровати, и я тут же прильнула к нему, совсем как в детстве. Адам принялся гладить меня по волосам. Отец наблюдал за нами с нескрываемым интересом, в то время как Адам смотрел на меня с явным отчаянием в глазах.