- Лука, - позвала я, и юноша в замешательстве обернулся. С мгновение он смотрел на меня, но я не могла видеть скрытого под его маской лица.
Его замешательство было минутным, неподалеку послышался отзвук быстрых мужских шагов, шаги показались мне смутно знакомыми, возможно именно поэтому, в тот момент, когда ночной воздух разорвал звук выстрела, я бросилась к распахнувшейся двери, за которой показался силуэт Лекса. Втолкнув мужчину в помещение, я с силой захлопнула дверь прямо у него перед лицом. Одна из пуль попала мне в живот, вторая в грудь, но к своему удивлению я не почувствовала привычной боли. Она оказалась краткой и незначительной, а рана затянулась почти мгновенно.
Устояв на ногах, я с небольшой заминкой догнала убегавшего от меня юношу. Почему-то я была абсолютно уверена, что им окажется Лука, каково же было мое разочарование и растерянность, когда сорвав с его лица маску, я обнаружила под ней насмешливые разноцветные глаза Адама. Кровь мгновенно отлила от моего лица, и я глупо замерла, не в силах что-либо сказать. Я плохо помнила своих братьев, и все же, подсознательно, я четко разделяла Луку и Адама. Адам был моим любимым братом, всегда заботился обо мне и готов был прийти на помощь в любую минуту. Осознание этого факта было простым и моментальным и от того, тяжелее мне становилось. Разве не он - тот, кто никогда не предаст. Разумеется, мы не виделись массу времени и росли по отдельности, прежде чем встретились вновь в Москве. Но и за то недолгое время, что мы успели побыть вместе, я поняла что могу ему доверять. Неужели это неправда? Реальность никак не укладывалась у меня в голове. Я словно находилась где-то далеко и совершенно не воспринимала происходящего вокруг.
Кто-то его позвал, я слышала его имя, звук которого завис в воздухе. Ему было пора уходить. Странно, ведь он не достиг своей цели, или все же достиг? Да и какая у всего этого могла быть цель? Он мягко улыбнулся, надавив на курок, и выстрелил в упор мне в живот. Пуля прошла навылет, но боль осталась. Поглощающая и уничтожающая боль. Он не мог меня убить, но сейчас, он уничтожил меня. Меня и мою веру в родных мне людей.
Сделай это Лука, я бы и обижаться на него не стала. Он всегда был слабохарактерным и легко подавался манипуляциям с сознанием. Но Адам, он был в своем роде уникален. Уникален в том, что никогда не поддавался чужому воздействию. Его мозг нельзя было взять под контроль, он был закрыт для всех, и я смутно припоминала разговор Иво с отцом Лекса. Когда тот отшутился в ответ на слова Гослинга о том, что взять под контроль Адама ему никогда не удавалось. И так, оставалось лишь принять тот исход, что казался самым правдоподобным и который я наблюдала собственными глазами - Адам стрелял по собственной воле. У меня больше не было старшего брата, и моя ярость была очевидной. Он уже собрался уходить, и повернулся ко мне спиной, в тот момент, когда я метнула ему в спину нож, запасливо прихваченный мною с крышки рояля. Нож вонзился в область сердца, и на мгновение, мне показалось что он вот-вот упадет в объятия серебристого снега, но этого не произошло. Он тенью заскользил между многочисленных сосен, направившись на беззвучный зов своего заказчика. Мне не хотелось его преследовать, капли крови, обагрившие снег указывали на мою маленькую месть, которую мог понять лишь один он, и суть ее была такова - сердце за сердце.
Со стороны парадного входа во дворец доносились встревоженные крики людей, и завывание сирен скорой помощи и полицейских машин, сливаясь в немыслимый шум. Мороз казалось, стал еще более суровым, чем прежде, снегопад прекратился, а на расчистившемся небе ярко сияли далекие печальные звезды. Я смотрела им вслед, не решаясь сдвинуться с места. Ноги ломило от беготни на каблуках, да и просто стоять в туфлях по щиколотку увязая в снегу было неприятно. Стянув с себя туфли, я бросила их на снег и стояла босиком, в безнадежно загубленном платье, думая о том, что завтра мне предстоит куда более кровавая ночь, полная боли и страха, а возможно этой болью теперь наполниться каждый мой день?
Задумавшись, я даже не расслышала шагов Лекса за своей спиной, а узнала о его присутствии лишь после того, как на мои плечи легла теплая шубка из рыси. Обернувшись, я уткнулась лицом в золотистые локоны мужчины, и вдохнув их приятный, немного терпкий аромат почувствовала себя спокойнее и уверенней.