Как и говорил Рамир, машина притормозила возле массивных ворот спустя десять минут. Мужчина опустил стекло со своей стороны, видимо, чтобы оказаться на территории приходиться пользоваться личным ключом-карточкой. Оказавшись на территории чужого дома, первым делом, постаралась запомнить, что находилось поблизости. И мне это удавалось, но вскоре ворота закрылись, оградив меня от внешнего мира.
Теперь я в ловушке. Захочет – убьет. Но об этом лучше не думать.
– Вылезай, – приказал бандит.
Я послушалась. Следовала за ним, поглядывая на его широкую спину. Мужчина открыл дверь в свой особняк, придерживал ее, пропуская меня внутрь первой. Захотелось съязвить, но я кое-как сдержалась, посчитав, что лучше не стоит его злить. Глаза наши снова встретились. Нет! Что-то не так! Чего он так смотрит? Не нравится мне взгляд этих черных глаз! Может, дать деру? Нет, это самоубийство. Здесь нет Денали, никто пугать больше не будет. Не выстрелит никто холостым.
Не нравится мне его взгляд! Общение с сумасшедшим киллером явно не пошло мне на пользу.
Захотелось вернуться домой. Но почему-то вместо родной квартиры в памяти возникла комната, в которой я провела последние дни. Далеко недружеские разговоры с Клайдом, побитый Джаред, совместный ужин, мои бутерброды с сюрпризом… За эти дни я, кажется, успела испытать куда больше эмоций, чем за всю свою жизнь. Нормально ли, что я так считаю? Ведь Денали – убийца. И мне никак не могло нравиться проводить с ним время. Так и есть, однако его образ засел очень глубоко и не хотел покидать мои мысли. Я улыбнулась, вспомнив, как он коснулся длинными, такими теплыми пальцами моего лица. Такая опасная близость. Мы ведь могли тогда поцеловаться. Но появился Джаред, недовольный, в серой футболке друга. А как я могла забыть об этом милом существе? Я про Тайсана. Вроде я ему понравилась. Ну, либо ему было важно лишь то, что я его покормила парочку раз.
Пришлось немного потрясти головой, чтобы прийти в себя. А взгляд Рамира, тем временем, прожигал меня. Упс, кажется, он что-то говорил, даже спросил, а я настолько погрузилась в воспоминания, что не услышала.
– Ты что-то спросил? – уточнила я.
– Не столь важно, – отмахнулся Рамир. – Хотя, обычно, люди внимательно меня слушают.
– Я не собираюсь заглядывать тебе в рот, – пожала плечами, сама удивляясь своему бесстрашию. – И если я уж так сильно задела твое самолюбие, прошу прощения.
– Можно обойтись и без извинений. Но впредь будь внимательнее. Не витай в облаках.
Я лишь кивнула.
– Что ж, – обводя взглядом свои хоромы, произнес мужчина, – Эмили, не стесняйся. Будь как дома, хорошо? Ты же впервые у меня в гостях? – снова кивнула, не понимая, к чему клонит бандит. – Голодна?
Отравить хочет? Что за ерунда? Хотел бы, уже давно убил бы. Но рисковать не стала.
– Нет. И я думала, что ты привез меня к себе, чтобы обсудить… – запнулась, – деловое предложение.
– Ах, да, точно. Спасибо, что напомнила, – усмехнулся тот. – Не будем же мы обсуждать деловое предложение в холле. Предлагаю переместиться в гостиную. И, надеюсь, – он пошел вглубь коттеджа, не оставляя мне выбора, как идти за ним, – от кофе или чая ты не откажешься.
– Чего ты добиваешься? – прямо и довольно резко спросила у него. – Считаешь, меня дуррой? Предполагаешь, поверю в то, что ты такой хороший и добрый, раз предлагаешь мне чай? Я знаю тебя давно, меня ты не обманешь. Можешь не прикидываться и не играть роль.
– Я лишь хочу показать тебе обратную сторону медали.
– Зачем?
– Мне нужны ответы, Эмили. Не вопросы.
– Я не знаю, куда папа спрятал документы! – почти прокричала, не сдержавшись.
Рамир остановился возле дверей, открыв их, сделал жест рукой, мол, заходи. Бросила в его сторону гневный взгляд и зашла в гостиную. Размеры комнаты удивляли. Да эта гостиная намного больше нашей квартиры! А какие окна! Высокий потолок с десятками встроенных лампочек, что сейчас освещали комнату. Дорогая мебель под цвет светлых обоев. Небольшой, но высокий стеллаж с различными книгами. Напротив огромного дивана камин с искусственным огнем, а на нем тонкая плазма.
Пока я рассматривала с открытым ртом комнату, бандит отдал кому-то распоряжение по поводу чая. А после предложил сесть на тот самый огромнейший диван. Села я на другой конец, желая быть как можно дальше от Рамира. На это он улыбнулся уголками рта.