Княжеские кузнецы постарались, и боевые пики с крепкими березовыми древкам и железными наконечниками в виде плоских штыков представляли собой грозное оружие, естественно, в умелых руках. И теперь отряд выдвигался на занятия, идя строем, с пиками на плечах. Хранить пики по указанию князя стали в специально выделенном сарайчике, под надзором дружинников князя.
Правда, занятия подростков теперь стали проводить не ежедневно, а либо через день, либо по половинке дня. Скорее всего, князь решил, что подростки освоили нужные приемы, и теперь их следовало только повторять и закреплять. У Николая образовалось свободное время, и, по мере своих умений, он выполнял понятные ему работы в хозяйстве квартирной хозяйки Лукерьи, а иногда просто прогуливался недалеко от городища, изучая местность.
Именно во время таких прогулок он обнаружил, что за ним следят. Стоило ему повернуть за поворот дороги, где его не видели находящееся на страже дружинники, как через некоторое время на дороге появляется всадник, обгонял его, а через некоторое время возвращался назад.
Николай решил проверить, и в очередной раз, как только всадник обогнал его, спрятался в кустах, наблюдая. И он не ошибся — назад всадник ехал, настороженно оглядываясь по сторонам, и пытаясь рассматривать следы. — Ты что-то потерял, паря? — спросил он всадника из кустов.
— Да я, боярин, подумал, что ты потерялся, и забеспокоился, — послышалось в ответ.
— Да как же можно потеряться на дороге? — отозвался Николай, — я просто зашел в кустики по нужде.
— Ну, слава богу, не потерялся, — сказал дружинник и ускакал.
Сомнений не было — Николай оказался «под колпаком» у князя. И решив, что ему следует изучить ближайшие дороги, на всякий случай, подошел к князю и попросил его рассказать, куда ведет дорога, проходящая мимо городища. Встревожившийся князь сразу же захотел узнать, для чего это Николаю нужно, и он ответил, что планирует, если князь не возражает, устроить со своим отрядом небольшой поход для тренировки. На первый раз, разумеется, поход однодневный, с оружием, чтобы воспитанники привыкали.
Князю предложение понравилось, он сказал, что согласен, и спросил — нужно ли что-нибудь подготовить для такого похода.
— Да ничего особенного и не надо, — ответил Николай, — перекус, лучше на два раза, так как пойдем с раннего утра до позднего вечера, и неплохо бы небольшие котомки, чтобы каждый нес свои вещи и продукты сам. И еще, княже, извини за дерзость, может быть, найдутся небольшие баклаги для кваса или воды, чтобы каждому по баклаге.
— Перекус приготовим, нет проблем, — ответил князь, — и скажу бабам, они котомки сделают, из той же рогожи, а вот баклаг нет. Ничего, обойдетесь, дорога идет вдоль речушки, попьете водички. К завтрашнему утру все будет готово, можете двигаться с богом. Только я тебя категорически предупреждаю, ни в коем случае не ходите в сторону Петровки, идите в противоположную сторону.
Поначалу все шло хорошо, и дружный отряд, получив подготовленные котомки, разобрал пики и отправился в путь. До развилки, о которой Николай не знал, их проводил верховой дружинник, показав направление, по которому обычно ездят купцы, а ответвление, как он сказал, ведет к какому-то особому княжескому, месту, то есть, там тупик. Николая, разумеется, как всегда, донимали комары, а привычные мальчишки на них не обращали никакого внимания.
По прикидкам Николая, отряд двигался уже не менее двух часов, и прошел, наверное, километров семь-восемь. Было заметно, что парнишки с увесистыми пиками начали уставать, и злиться на него, так как командовал сегодня он. Конечно, им постоянно приходилось двигаться пешком, но обычно это были небольшие расстояния, сменяющиеся отдыхом или другой нагрузкой, а в таком режиме они двигались впервые. И Николай начал выбирать место для привала, но оно само себя проявило.
Из ближайших к дороге кустов послышался грозный резкий голос: — Эй вы, мелюзга, бросьте свои палки, снять котомки и положить их на дорогу, и бегом отсюда! Вслед за окриком из кустов вылетело что-то, похожее на дротик, и ударило одного из пареньков в плечо, по-видимому, сильно и больно. Все «воины» опешили и, наверняка, испугались, да и сам Николай на некоторое время потерял контроль над собой. Но он быстро спохватился и скомандовал резким, командным голосом: — Отряд, развернуться в цепь! Оружие к бою, наперевес, вперед, в атаку! Бейте прямо в кусты! Ура!
Учения даром не прошли и, действуя по уверенному, громкому приказу, как на автомате, пареньки бросились в атаку. Хорошо отточенные наконечники пик легко проникали через кустарник, срезая ветки. И некоторые пики, наверняка, достигли цели, так как из кустов послышались крики боли и грубая ругань. Николай заметил, что разбойники, было их трое, такого отпора не ожидали, и бросились бежать. Он попытался бросить вслед свою пику, как копье, но не попал.
Раненый паренек зажимал рукой кровоточащее плечо и громко стонал. Возбужденные схваткой «воины» какое-то время молчали, а потом заговорили, перебивая друг друга и обсуждая произошедшее. Николай, осмотрев дротик, наконечник которого был кроме крови запачкан какой-то грязью, понял, что грязь попала и в рану, которую нужно срочно промыть, хотя бы водичкой из речушки. На его призыв расторопный Фрол быстро сделал конус из листа лопуха и принес воды, а Николай, не обращая внимания на крики раненного, рану промыл, и, накрыв листьями подорожника, натуго перевязал чистой тряпкой, которую выпросил у Лукерьи.
Кто-то из «воинов» прокомментировал, что рану надо бы не промывать, а, наоборот, присыпать землей, но Николай ему не ответил. Он и сам, в своем детстве, в ХХ веке, слышал подобные глупости от невежественных людей, а здесь… На вопрос — сможет ли раненный идти, тот ответил, что постарается. Мудрую идею подал все тот же Фрол, который сказал, что надо раненного к его, Фрола, бабке, знахарке, которые такие раны лечит травами, известными только ей, и чем быстрее, тем лучше.
— Парни, вы молодцы, хорошо действовали, а теперь срочно перекусываем, — скомандовал Николай, — и идем назад, отдыхать нам некогда, вы уж потерпите, нужно вашего друга срочно к знахарке.
Перед тем как двигаться в путь, Николай осмотрел место засады, на котором обнаружил следы уже запекшейся крови, и котомку, содержимого которой смотреть не стал, прихватив ее и дротик для доклада князю.
Обратный путь дался тяжелее, так как практически не отдыхали, да и стремительная схватка потребовала нервного напряжения «воинов». Николаю кроме своего копья пришлось нести копье пострадавшего, и котомку разбойников, а дротик он поручил самому крепкому подростку.
Последний километр пути показался самым тяжелым, но дорога здесь была почти прямой, и дружинники, издалека заметив неладное, выслали навстречу всадника, который подхватил пострадавшего и посадил его на лошадь перед собой.
Предупрежденный дружинниками князь, встретил отряд у городских ворот, и, сначала осмотрев своего сына, и, убедившись, что тот не пострадал, подошел к Николаю. — Вот тебе, княже, боевые трофеи, — сказал Николай, протягивая котомку и дротик. — Побили мы разбойников, хотели нас ограбить, да мы не дали, отбились, да еще и ранили их, крови много натекло. Жаль, никого не удалось схватить, они убежали.
— Ну, вы молодцы, постарались, — ответил князь, — теперь эти разбойники зарекутся здесь показываться, и другим расскажут. По чарке бы вам выдать, да не по возрасту, пока обойдетесь, ступайте по домам, отдыхайте. Затем, понизив голос, князь спросил у Николая, как действовал его сын, и Николай ответил, что Василий действовал хорошо, как и все остальные.
Глава 11
Вечером к месту обитания Николая подошел маленький Фрол, который жил по соседству и рассказал, что его бабушка кровотечение у раненого паренька остановила, что он стал чувствовать себя лучше и ушел домой. А потом они сидели и разговаривали до самой темноты. Николай рассказывал о морях и океанах, морских обитателях, высоких, покрытых вечными снегами горах, об экзотических животных и тропических странах. Любознательный мальчишка хотел узнать обо всем, и пытался выспрашивать подробности.