Вася молча вернул брату банку с мелочью. Мальчик схватил деньги и, понимая, что тайна раскрыта и хранить заначку под матрасом уже не получится, в ожидании уставился на старшего брата.
- Не бойся, не трону, - угадал Вася, что-то выискивая в своих карманах. Наконец он извлек оттуда смятую рублевую купюру, протягивая Коле.
- На, возьми. Бери-бери! Я помогу, – взгляд двенадцатилетнего мальчика потеплел, как будто он по-новому взглянул на младшего брата.
Вася всегда опекал Колю, в школе в обиду не давал, дома, когда отец устраивал скандал, забирал брата в спальню, где они, прижавшись друг к дружке, пережидали пьяный дебош. Но Васю никогда не занимал внутренний мир Коли, его увлечения. Братья росли каждый сам по себе, имея свой круг интересов.
Глава 8
Браться собрали деньги на гитару через пару месяцев. Продавщицы в магазине музыкальных инструментов, молодящиеся пергидрольные дамы, со сложными конструкциями на голове и кричащими оттенками помады, видели Колю чуть ли не каждый день. От них не ускользнуло то, каким взглядом мальчик смотрит на выставленный в витрине ряд акустических гитар. Женщины жалели ребенка и разрешали потрогать самые дешевые экземпляры. Коля осторожно прикасался к гитаре, перебирая пальцами струны, и тогда хмурый, затравленный взгляд, становился мягче и теплее, блуждающая улыбка ложилась в уголки губ, и что-то светлое расцветало в больших, серых глазах.
В тот памятный день они пришли в магазин вдвоем с Васей. Той, что за двадцать рублей, на витрине уже не было, остальные были совершенно недосягаемы по стоимости. Коля прохаживался вдоль стройных рядов с инструментами, не веря своим глазам. Еще пару дней назад, его гитара, объект вожделения нескольких месяцев, стояла тут, между черным, глянцевым «Аккордом» и светло-бежевой «МL-C4». А сегодня ее уже не было. Подбородок предательски дрожал, глаза медленно наполнялись слезами.
- Будем заходить на неделе, ведь должны подвезти, – увещевал старший брат, пытаясь успокоить ребенка.
Но Коля ничего не хотел слышать. После стольких дней ожиданий и жесткого отказа от всего того, что могло, хоть как-то приукрасить его безрадостное детство, он хотел гитару сегодня! Сейчас! Не в силах больше сдерживаться, мальчик заплакал навзрыд, демонстрируя все миру свое горе.
- А, это ты! - раздалось вдруг из-за прилавка. Высокая, дородная продавщица, уложив на стекляный прилавок роскошную грудь, ласково поманила Колю. Всхлипывая, мальчик медленно подошел к ней.
- А ведь я как знала, что ты все же придешь за гитарой, - заговорщически зашептала она, игриво подмигивая, - ну-ка подожди тут.
Женщина исчезла за темно-вишневыми, бархатными складками занавеса, отделявшего торговый зал от складских помещений. Через минуту она вернулась с гитарой и, с торжествующей улыбкой, протянула инструмент мальчику:
- Позавчера пришла небольшая партия, ее быстро раскупили , а одну я для тебя приберегла, как чувствовала.
Мальчик Коля, чуть дыша, держал в руках заветный инструмент, боясь поверить собственному счастью. Наконец он выходнул, лучезарно улыбаясь. Братья заплатили восемнадцать рублей, а на оставшиеся деньги купили простой, черный чехол и несколько наборов струн.
Через неделю Коля был записан в кружок игры на гитаре в местном Доме пионеров, и исправно посещал занятия два раза в неделю. Педагог- седоватый, неопределенного возраста мужчина с помятым лицом и большими, карими, печальными глазами побитой собаки, вел урок, спокойно, не повышая голоса. От него часто несло спиртным, но Коле находиться тут, в казенных стенах класса, было гораздо уютнее, чем дома. Вячеслав Анатольевич, тихо вздыхая, ставил мальчику руки, объяснял как правильно сидеть, как держать кисть.
Придя домой после школы, Коля забрасывал портфель в угол, трепетно расчехлял любимую гитару и садился отрабатывать сложные пассажи. Не чувствуя усталости, или раздражения от однообразия тех или иных упражнений, он мог часами предаваться любимому занятию. Его усердие вскоре принесло свои плоды. Ребенок осваивал игру на гитаре, демонстрируя серьезные успехи. Вячеслав Анатольевич, удовлетворенно кивал, тихо радуясь и распространяя вокруг себя винный перегар. После занятий, он ставил Коле пластинки с разными мировыми исполнителями. Очарованный виртуозным игрой Франсиско Гойи, Карлоса Сантаны, Джими Хендрикса, мальчик уносился далеко за переделы не только класса, но и окручающей дествительности. Он полностью растворялся в музыке, наслаждаясь профессиональным исполнением.
- Хочу играть так же, как они, – сказал однажды Коля учителю.