Мысленно долбанула себя по лбу ладонью. Надо же их представить, наверное…
— Тимофей, это хозяин…
— Доброго вечера, — перебил Сабуров и снова посмотрел на меня.
Его взгляд обжигал холодом и неприкрытой неприязнью. Снова я на крыльце этого дома, одетая во что попало. Будто чувствую себя как дома. Да ещё и порчу его клумбы…
Опустила взгляд себе под ноги, словно провинившаяся школьница, и промямлила:
— Полина сказала, что вас не будет…
Снова взглянула в красивое мрачное лицо, пытаясь не выглядеть совсем уж растерянной, но его взгляд устремлённый прямо в мои глаза, не дал ни единой возможности сохранить достоинство.
— Буду, — отчеканил, словно приняв какое-то решение, и скрылся в доме.
— Учкудук, Полина? Серьёзно?
Через час, надев на себя чёрный спортивный костюм и натянув капюшон, раздираемая стыдом и желанием немедленно уехать из этого приносящего мне одни негативные эмоции места, я пыталась не убить Полину, которая немного перепутала…
— Ты вообще не слушала своего дядю, когда он говорил, куда поедет? Представляю, что он подумал, когда я ляпнула про Учкудук…
— Да брось, — отмахнулась подруга, запахивая полы халата, который она накинула, вылезая из бассейна. — Это ерунда. Дядя не обратил внимания. Да и подумаешь, перепутала…
— Пф, — фыркнула я, скрещивая руки на груди, — Поля, как можно перепутать "строим виадук" и "едем в Учкудук"?
Оказалось, что Марк никуда не улетал. Он действительно не планировал приезжать домой, рассчитывая, что встреча с партнёрами по поводу строительства виадука затянется, но изменил планы, чтобы вручить племяннице подарок именно в день торжества. Что он и сделал. Марк подарил Полине машину. Не ту, на которую девушка рассчитывала, но дареному коню, как говорится… В любом случае, Поля сияла, как лампочка на новогодней гирлянде, и никто ничего не заметил, ведь только я знаю, какую именно машину она хотела.
— У меня теперь есть своя машина, Яни, представляешь? До сих пор поверить не могу… и пусть крыша в ней не откидывается. Теперь думаю, что высокая тачка даже круче. Представительнее.
— И что ты собираешься представлять? — спросила, следуя за подругой к дому.
— Ох, — Поля обернулась и поиграла бровями, — сегодня, дорогая, я буду представлять лишь одно. Идеальное тело Кирилла, нависающее надо мной. Ты видела этот прес? Господи-и-и! Пойдём в сауну, а?
Полина так резко перескочила с темы на тему, что я не сразу сообразила с ответом.
— Давай попозже, я замёрзла, — ответила, плотнее кутаясь в спортивную кофту.
— Гречка, — подруга посмотрела на меня, нахмурив брови, — где логика? Замёрзла — иди в сауну.
— Не хочу раздеваться, — мотнула головой, и Поля закатила глаза.
— Ты видела серьги, которые Кир мне подарил? — подруга снова сменила тему, входя в дом. — Произведение искусства. Наверняка, они стоят целое состояние! Завтра поищу в инете.
— Зачем тебе это надо? — спросила, следуя за подругой к лестнице.
— Любопытно, — Полина пожала плечом, и вдруг крикнула: — Дядя! Ты присоединишься к нам? Пожалуйста, мы сто лет не общались.
Марк так неожиданно возник на нашем пути, что я растерялась и не знала, куда деть глаза - почему-то не хотелось становиться свидетелем личного общения двух близких людей.
Поля слегка приобняла моего бывшего отчима и ждала ответа.
— Сегодня тебе есть, с кем пообщаться.
Голос Марка был как всегда жёстким, но что-то было в нём другое.
Оторвалась от созерцания полового плинтуса и посмотрела на мужчину. Так и есть. Он смотрит на Полину с… нежностью?
Это открытие так удивило меня, что я не сразу заметила, что мужчина теперь смотрит на меня.
Ну вот. Видать, показалось. Всё то же презрение и безразличная холодность.
— Надеюсь, сегодня ты ночуешь одна?
Марк снова посмотрел на племянницу, но я не рискнула повторить попытку разглядеть в нём человечность.