Как и ожидалось, дядя Серёжа даже не пошатнулся. Только подтянул меня повыше, как бы усаживая на руках, а я смогла обхватить ногами его бока. А потом меня, лишенную опоры, за исключением дядь Серёжиного тела, крутануло и ухнуло вниз, из-за чего мне пришлось крепче вцепиться в него.
Это дядя Серёжа сел на диван, а я оказалась у него на коленях. Почему-то мне стало от этого весело, и я, не скрываясь, засмеялась ему прямо в ухо. А от стал стаскивать с попы шорты. Не расстегнув молнии, поэтому у него это практически не получилось. Пришлось мне соскакивать с дядь Серёжиных коленей и самой избавляться и от шорт, и от трусов. А когда я залезла обратно, дядя Серёжа так прижал меня к себе, что у меня с новой силой громыхнуло сердце.
Я игриво оттолкнула его, уперевшись в плечи. Конечно, силы наши несравнимы, и мое самое упорное движение дяде Серёже будет что слону дробина. Но он, глядя прямо мне в глаза, податливо откинулся прямо на диванную подушку. После чего его рука скользнула по моему животу, сжала бок, а потом опустилась к промежности. Скользнув пальцем между половых губ, он надавил внутрь, задевая чувствительную точку, и у меня всё приятно подобралось. А дядя Серёжа, снова надавил, уже увереннее и сильнее, так что меня стало изнутри подергивать от приятного ощущения.
Я перехватила его руки и наклонилась, чтобы снова поцеловать. Груди мои легли прямо на его тело, и стало щекотно от этих его волос. И очень приятно. А он сжал руками то место, где книзу расширяется талия и будто потянул меня от себя, с траекторией вниз. А я прекрасно понимаю намеки.
Пришлось немного отодвинуться назад, неудобно перебирая коленками – все-таки, на дядь Серёжином животе сидеть высоковато. А на бедрах уже нормально. Но я же не на бедрах у него собираюсь сидеть.
Я сжимаю в ладони влажный, твердый и очень горячий член. Провожу ладонью вверх, спускаюсь до основания, кожей ребра ладони нещадно задевая яички. Чуть оттягиваю кожу со ствола, еще больше обнажая крупную головку. Размазываю выступившую смазку. И снова перешагивая коленками, уже вперед, останавливаясь так, чтобы вагиной совсем немного ощущать его конец.
Дядя Серёжа резко выдыхает – у него поджимается живот, а изо рта вылетает такой звук, будто он сделал тяжелое усилие. Его глаза совсем черные и мутные, а взгляд почти отсутствует. Зато руки живые. Поджимают меня за бедра, оглаживая и сильнее стискивая. Потом перехватывают за локти и движутся вверх к плечам. На плечах описывают круговые движения, сжимаясь и расслабляясь.
У меня по всему телу идут волны от этих прикосновений. Будто молнии путешествуют под самой кожей, особенно сильно собираясь в сосках и в вагине. Там, куда упирается головка полового члена.
По-моему, я улыбаюсь, когда опускаюсь на дядь Серёжин стояк. Меня сразу растягивает в стороны – толщина у него непривычная. Приходится не спешить и ждать, пока стенки привыкнут. И дернуться вверх, едва дядя Серёжа делает нетерпеливое движение навстречу.
Я сама наполняюсь, опускаясь неспеша и под комфортным углом. До нижней точки. Замираю, предупредительно схватил дядю Серёжу за запястья. Но он больше не делает никаких поползновений. Только часто и резко выдыхает, полуприкрыв глаза. А у него, оказывается, густые, просто белесые ресницы.
Я чувствую твердость внутри себя. И именно там, где надо. Я сжимаюсь, не от боли, а словно в желании еще плотнее обхватить пенис внутри себя. Непередаваемое ощущение внутренней полноты. Я начинаю скользить вверх и вниз, чтобы расчуствовать его. Сначала с небольшой амплитудой, опасаясь дискомфорта. Но вместо него по телу идут волны удовольствия, сосредотачиваясь, конечно, внутри вагины. Это расслабляет меня. Хочется большего. И я начинаю двигать не только вверх-вниз, но и немного вперед-назад. Будто пробуя дядь Серёжин член в разных ракурсах. Приятнее всего, если подать немного вперед, отклячивая попу. И двигаться медленнее вниз, и быстрее вверх. Вот так. Так. А если еще немного сжимать мышцами…
Дядя Серёжа вроде поначалу пытался сдерживаться – хранил каменное лицо и почти не издавал звуков. Но вот он уже запрокидывает голову назад, сильно морщится, а из его рта раздается не то шипение, не то рычание. Он снова начинается двигать, и в этот раз я его не останавливаю. Потому что долбит он туда, куда надо, чтобы мне становилось еще приятнее. Вряд ли эту точку можно достать руками. Только членом.
Он сжимает огромными руками мою грудь, не давая ей раздражающе прыгать. На фоне его смуглых ладоней моя кожа очень светлая, почти белая. Правда, уже краснеет от его крепких касаний. Я цепляюсь ему в предплечья, сжимая изо всех сил, но не для того, чтобы он остановился, а потому что начинаю плохо себя контролировать. У меня внутри нарастает ураган, который мне надо хоть как-то выпускать.