Раздался выстрел. Нужно признать, что порох загорелся не моментально. Но все-таки заряд воспламенился и, одновременно вспыхнув и взорвавшись, вытолкнул из ствола каменную пулю, вложенную туда дядюшкой.
Раздалось громогласное «ура», перекрывшее грохот выстрела. Дети веселились от всей души. К вящей радости Марка и Роберта, им позволили выстрелить по одному разу. В результате испытаний было доказано: полученный порох оставляет желать лучшего с военной точки зрения, но как рудничный вполне годится.
Пока мужчины занимались порохом, миссис Клифтон сосредоточилась на птичнике. Ее птичий двор процветал. Одомашнивание куриных шло весьма успешно. Теперь она хотела приручить диких четвероногих. По просьбе жены Гарри Клифтон решил возвести специальный загон — к северу от озера, приблизительно на расстоянии одной мили от лагеря, на площади в несколько аров. Это была зеленая лужайка, куда без особого труда можно было провести прохладную речную воду. Инженер разметил границы нового загона. Дядюшка же выбирал, рубил и обтесывал деревья, превращая их в колья новой изгороди. Работа была тяжелой, однако дядюшка делал ее без особой спешки, поскольку не рассчитывал заселить загон раньше следующей весны. Совершенно естественно, что, пока шли работы, колонисты часто ходили в лес. Дядюшка немного окультурил лесные заросли, срубив необходимые ему деревья и проложив дороги, которые сделали лес более доступным.
Во время одной из прогулок инженер и дядюшка обнаружили ценное дерево из семейства саговых,[148] широко распространенное в Японии. Его присутствие в этих краях доказывало, что остров расположен южнее, чем вначале полагали колонисты.
В этот день после восхитительного обеда — в меню были рыба и мясо — Клифтон сказал детям:
— Ну, дети, что вы думаете о нашей жизни? Всего ли вам хватает?
— Всего, отец, — в один голос ответил Марк, Роберт и Джек.
— И даже ничего не хотите из еды?
— Да им трудно желать лучшего! — воскликнул дядюшка. — Дичь, рыба, моллюски, фрукты, что еще?
— Ой! — сказал маленький Джек. — Все-таки кое-чего не хватает.
— Чего же? — спросил отец.
— Пирогов.
— Вот кто у нас настоящий гурман, — рассмеялся Клифтон. — Но, впрочем, он прав, наш малыш. Остается только сожалеть если не о пирогах, то о хлебе.
— Правда, — отозвался Флип, — хлеба не хватает. Но не беспокойтесь, мсье, мы испечем его, когда вырастет пшеница мадемуазель Белл.
— Нет, нам не придется так долго ждать, — возразил Клифтон. — Сегодня утром я наткнулся на дерево, сердцевина которого содержит восхитительный крахмал.
— Саго! — воскликнул Марк. — Как в «Швейцарском робинзоне»!
— Да, саго, — отозвался дядюшка. — Это изумительный продукт. Я ел его на Молуккских островах. Там растут целые леса саговых пальм, и каждое дерево содержит до четырехсот килограммов этого вещества, из которого готовят очень питательную пасту. Вы сделали чрезвычайно ценное открытие! Вперед, в саговый лес!
Дядюшка вскочил и схватил топор, однако Клифтон удержал его.
— Подождите, дядюшка Робинзон, — сказал он, — я говорил вовсе не о саговых пальмах. Они произрастают в тропических лесах, а наш остров расположен, безусловно, к северу от тропика. Нет! Речь просто-напросто идет о растении из семейства саговых, содержащее вещество, аналогичное саго.
— Ну что же, мсье, мы ему окажем такую же честь, как и самой саговой пальме.
Оставив детей в пещере, Клифтон и дядюшка отправились в лес. Вскоре путь им преградила река.
— Мсье, — сказал дядюшка, останавливаясь на берегу, — неплохо было бы возвести здесь мост,[149] иначе всякий раз на этом месте мы будем напрасно терять много времени.
— Конечно, — согласился инженер, — построим здесь раздвижной мост и дотянем его до левого берега — естественной границы с этой стороны. Нельзя забывать, что река прикрывает нас с севера, по меньшей мере от диких зверей.
— Вне всякого сомнения, — ответил дядюшка, — однако с южной стороны проход для них открыт.
— А кто нам помешает, — сказал Клифтон, — закрыть проход либо длинной изгородью, либо рвом, заполненным водой из озера? Кто, скажите?
— Только не я, — отозвался дядюшка Робинзон. — Но, пока моста нет, я срублю дерево, по которому мы и переберемся на другой берег.