Оторвавшись от мальчика, я попросила отца Арнольда выйти из комнаты, аргументировав просьбу тем, что тот будет крепче спать, если не станет свидетелем того, что должно произойти. Мужчина послушно покинул помещение.
- Что ты собираешься делать?
- Не твоего ума дело, - в предвкушении улыбнулась я, стягивая перчатки. Вынув именную зажигалку из кармана кожаной куртки и положив ладонь на грудь ребёнка, начала отсчёт.
- Один, - ничего.
- Два, - тоже ничего.
- Три, - ресницы чуть дернулись.
- Четыре, - зрачки сузились.
- Пять, - мальчик моргнул.
- Шесть, - пальцы дёрнулись в сторону.
- Семь, - Арнольд предпринял слабую попытку подвигать рукой.
- Какого..
- Восемь, - ребёнок сглотнул и сделал глубокий шумный вдох.
- Девять, - малыш перевёл на меня взгляд.
- Десять! - прошипела я и моё лицо перестало быть дружелюбным. Надавив на его рёбра посильнее, мне пришлось прижать тело мальчика к кровати, когда тот предпринял едва уловимую попытку забиться в конвульсиях, чтобы выбраться.
- Убери от меня свои чёртовы руки! - потребовал Арнольд. Точнее тот, кто делил его тело вместе с ним.
- Ну уж нет! Ты же знаешь, что не стану.
- Назови себя! - встрял Линкольн, подойдя ближе, как если бы это он выполнил основную работу.
- Я не подчиняюсь людям, не имеющим власти.
- Я первый среди тех, кто изгоняет тебе подобных, - самоуверенно заявил Штейн и только тогда я обратила внимание на крест и воду, которую тот держал в руках.
- Прости, но ты последний в списке по убийству таких, как я. В отличии от неё.
- Что? - красавчик не сразу осознал смысл сказанных для него слов.
- А ты неплохо осведомлён для низшего. Как же ты позволил кому-то отправить тебя на самоубийство?
- С чего ты взяла, что кто-то..
- Ой, да ладно тебе, - протянула я, нагло прервав низкий грубый голос внутри мальчика. - Никто не хочет умирать добровольно.
- Меня нельзя убить.
- Проверим? - счастливо улыбаясь, просияла я, потянувшись за зажигалкой.
- СТОЙ!
- А что случилось? Неужели до тебя дошло, что смерть может достать и тебя?
- Нет! Я бессмертен. Просто.. Я всё ещё не выполнил задание хозяина.
- Ты думаешь, я оставлю тебя в живых только потому, что твой мифический господин захотел поставить галочку напротив нескольких слов в своём списке желаний?
- Ты из дюжины? - спросил мой когда-то кумир, которому я поклонялась как идолу, и уже совершенно по-другому взглянул на ребёнка. - Что и кому ты должен был передать?
- Адресат и текст такие же, как у остальных..
- О чем идёт речь? - спросила я, переглянувшись с Линкольном.
Парень молчал, задумчиво переведя взгляд на сумку с инструментами. Напряжение нарастало. Оно подталкивало меня поскорее расправиться с нечистью внутри Арнольда. К слову, она чувствовала, как нагревались мои ладони от желания закончить работу, и решила снова заговорить.
- Тебе следовало бы поучиться вести диалог и задавать вопросы до того, как ..
- Неа, де Мартель не ведут переговоров.
- Очень жаль! Тогда бы ты знала, что ОН идёт за тобой. ОН не остановится, пока не найдёт способ добраться до..
Вонзив ногти в нематериальную составляющую плоти ребёнка, я схватила нечисть за некое подобие шеи и поднесла зажигалку.
- Передавай ему пламенный привет, - прошипела я до того, как размытый силуэт вспыхнул, превратившись в темно-серый пепел.
- Ты идиотка?! - взревел Линкольн, слишком резко развернув меня лицом к себе. - Зачем ты это сделала?!
- Во-первых, идиотка - это девушка, страдающая врождённым слабоумием, а такого диагноза в моей медицинской карте нет, - спокойно пояснила я, надевая перчатки. - А во-вторых, мальчик начинал умирать и так уж вышло, что живые для меня в приоритете!
- Не умничай, - едко бросила Лиззи, выгодно заняв сторону парня.
Сунув в карман зажигалку, я взяла свою сумку и собралась на выход, чего репортер, конечно же, сделать мне не дала.
- Если хоть в одной статье появится моё имя, я найду тебя и заставлю прочувствовать на себе, что значит делить тело с демоном, - пообещала я, раскрывая тайну девушки перед Штейном. Думаю ему хотелось бы знать, что за кукольной внешностью скрывалась настоящая змея, спрятать которую не поможет никакая наивность и качественная косметика. Открыв дверь, я, как нельзя кстати, вспомнила об одной очень важной вещи. Развернувшись на сто восемьдесят градусов и не зацикливаясь на злобном взгляде Линкольна, который был целиком и полностью сосредоточен на девушке, подошла ближе и взяла его за руку.