Мансур привез с собой караван невольников из Саакса в количестве ста пятидесяти рабов. Их он поселил на старом складе рядом с портом. Все они были превосходными экземплярами: фаны, мандинго, хауса, волофы, фулани, лоби и аджукру — самые высоко-котируемые племена. Приобрел их Баба у странствующих торговцев-арабов в придачу к пятидесяти прекрасным базампам, которых привез с собой Тим. К счастью, людских потерь во время долгого перехода из Саакса в Танжер не было. Мансур был кратко проинструктирован Бабой о ценности своего товара и следил, чтобы с людьми обращались по-человечески во время перехода. Мансур, сам по себе человек проницательный, использовал психологические приемы в общении с рабами. Он разжег их воображение приключениями в заморских странах, рассказал им, что они едут в страну постоянных удовольствий: всенощных процессий, красивых женщин, обильных трапез, непрерывной охоты и легкого труда. Ничего удивительного, что такие перспективы казались им заманчивыми по сравнению с кандальным рабством, которое они влачили. Фактически, в отличие от большинства несчастных, составляющих невольничьи караваны, эти рабы не были закованы в кандалы и маршировали без принуждения, опьяненные первым глотком свободы и глядя в будущее без страха и опасения. Ни один из них не скрылся. После приезда они несколько недель отдыхали, питались хорошей пищей, им было разрешено помыться и заниматься физической зарядкой, и они ежедневно натирали свои тела пальмовым маслом. Рори навестил их во временных бараках и нашел их в хорошем настроении, с нетерпением ожидавших путешествия через океан, чтобы насладиться всеми благами, которые были им так живо расписаны.
Рори знал, что ему понадобится больше рабов, хотя точное их количество зависело от того, какой грузоподъемности судно он мог найти для транспортировки их в Карибское море. После разговора с Мансуром это оказалось не такой уж и проблемой, как представлял себе Рори. Все дело, объяснил Мансур, будет сделано после визита к Сиди Мохаммеду эль Хабиту, губернатору Танжера и представителю великого и верховного султана Марокко в Танжере. Аудиенция состоится бокра — завтра.
Сиди Мохаммед эль Хабит оказался человеком лет пятидесяти с огромной кустистой черной бородой и бронзовым лицом. Рори показалось, что губернатор был самым толстым человеком, которого он когда-либо видел, и мгновенно промелькнувшая у него в голове картинка того, как это огромное пузо пыталось заняться любовью с леди Мэри, заставила Рори отбросить все сомнения, почему она в кровь расцарапала ему лицо. Но, как мужчина к мужчине, Рори просто не мог не испытывать симпатии к этому человеку. Как все толстяки, губернатор излучал веселье и доброту; его маленькие черные глазки утопали в складках жира, как изюминки в остром коричном соусе, весело поблескивая, а в густой черной бороде появлялась улыбка, четко очерченная влажными алыми губами.
— Сразу два эмира Сааксских! — Он распростер коротенькие и толстые руки им навстречу. — Какая честь! Новый султан Саакса, да наградит его Аллах долгим и процветающим царствованием, тот самый вассал султана магребского, которым его величество поистине гордится, оказал мне огромную честь, послав сюда обоих своих братьев. Прошу садиться.
Он подождал, когда Рори и Мансур утонут в двух мягких пуфах, принесенных рабами. Для Тима пуфа не было, и ему пришлось стоять. Было очевидным, что, как полукороль Базампо, он не мог котироваться наравне с эмирами Саакса.
— Мы, как видите, — Сиди Мохаммед был чрезмерно любезен, — рады служить вашему брату, султану. Его величество султан магребский — да благословит Аллах каждый волосок в его бороде — питает особую любовь к Сааксу. Это одна из тех провинций его владений, куда ему никогда не приходилось посылать сборщиков налогов. Саакс не только всегда был самым исполнительным, но и самым щедрым. Поэтому мне даны указания отдать все ресурсы города в ваше распоряжение, что в настоящий момент означает прекрасный корабль, — он сделал паузу на мгновение, чтобы одарить присутствующих еще одной улыбкой алых губ, — а также капитан и команда.