— Какого черта тебе надо? — Спросонок Рори показалось, что Тим домогается его. — Иди найди своего теленка-нортугальца.
— Тсс! Уже нашел. Он со мной, и Млика тоже. — Тим высек искру и зажег фитиль, поднеся его к свече рядом с койкой Рори. — Быстрее, Рори! Подъем и одеваться!
При свете ночи Рори увидел Тима и Млику, а позади длинноволосого Маноэля. Он скинул ноги на пол.
— Каждая секунда дорога. — Тим нашел панталоны Рори и дал их ему. — Ты сказал, не надо якшаться шканцам с баком, но сейчас благодари Бога, что тебя не послушались. Маноэль и я… — Тим замешкал. — Ну, черт возьми, в общем, ты знаешь. Мы оба были в шлюпке на корме под парусиной, когда услышали голоса прямо под нами, так что мы затаились и стали слушать. Это Дженкинс разговаривал с этим ублюдком Карвером и с другим сукиным сыном, у которого татуировка, Барнсом. Они подняли мятеж. Ждут, когда пробьет восемь склянок — закончится вахта Джихью и заступит Дженкинс.
Они уже перерезали горло трем маврам-охранникам и захватили их оружие. Теперь они планируют убить тебя, меня, Джихью и захватить корабль. У нас очень мало времени.
— Ты сам все слышал? — Рори застегивал пуговицы на штанах. — И Маноэль тоже, правда?
— Да, сэр, — впервые Рори услышал голос Маноэля. — Они идут сюда, сэр. Хотят убить вас ножом, после того как разделаются с вашим чернокожим боем. Затем они прикончат Тимми, а потом капитана.
Рори оделся.
— Ты, Маноэль, проскользни на палубу. Если Джихью у штурвала, предупреди его. Вот, — он потянулся за оловянной кружкой на сундуке, — возьми это с собой и, если кто-нибудь остановит тебя, скажи, что капитан послал тебя в камбуз за кофе. Возьми штурвал в свои руки и скажи капитану, чтобы он спустился в свою каюту, открыл цейхгауз и прислал тебя назад с оружием для меня и Тима. — Рори посмотрел на часы, которые достал ему Вольяно. — Если они ждут восьмых склянок, у нас есть примерно полчаса. Маноэль, ты с нами?
— С вами со всеми, сэр, а особенно с Тимом.
— Тогда торопись! — Рори оглядел каюту. — Мы могли бы устроить им засаду здесь — это лучше всего. Здесь тесно, и у нас будет преимущество.
Рори поймал взглядом свою одежду, висевшую на вешалке, схватил ее, бросил на кровать и завернул в одеяло, получилось похоже, что на кровати кто-то спит.
— Ты, Тим, залезай под койку. Один из них войдет сюда, думая, что я сплю. А ты, Млика, иди за дверь и притворись спящим, как обычно. Не сопротивляйся, и они тебя не тронут. Они же на меня охотятся. Я буду за дверью.
Рори подождал, пока все займут свои места, и после этого задул свечу. Каюта погрузилась во тьму, нарушаемую лишь темным кружком ночного неба в иллюминаторе.
— Рори! — Это шептал Джихью по другую сторону двери.
— Капитан, сэр, — подтвердил Млика.
Рори открыл дверь, и Джихью проскользнул внутрь.
— Маноэль все рассказал мне. Значит, мятеж, да? А я доверял Джеикинсу. В жизни бы не подумал, что он взбунтуется против меня, после того как я дал ему свободу. Вот, они заряжены.
Джихью вытянул руки в темноте, и Рори ощутил холодную сталь пистолетов. Он взял их, нагнулся и задвинул один Тиму под койку, сомкнув его пальцы на рукоятке.
— Возвращайтесь на палубу, Джихью. Они собираются прикончить нас раньше, чем вас. Дайте оружие португальцу. Ему можно доверять. Пошлите его разбудить мавров, если они все не перебиты.
— Удачи, Рори. — Джихью выскользнул из каюты, и дверь закрылась.
Рори слышал, как Млика устраивался на матрасе перед дверью, а потом притворно захрапел. Его храп был единственным звуком за исключением слабого завывания ветра в снастях, скрипа корабельных досок и шуршания воды о корпус судна. Время, что они ждали в темноте, не осмеливаясь даже шептаться, показалось вечностью; наконец они услышали едва различимые шаги: кто-то спускался по сходням. До ушей Рори донесся глухой звук упавшего тела. Потом наступила тишина, которая в конце концов была нарушена осторожными движениями человека, пытавшегося открыть задвижку. Инстинктивно Рори понял, что Млика убит, но жалость мгновенно уступила место ярости.
Рори взвел пистолет, и слабый щелчок под койкой дал ему понять, что Тим тоже был готов к схватке. После продолжительной тишины, во время которой Рори едва осмеливался дышать, он услышал едва уловимый скрежет металла по металлу, задвижка поднялась, и тонкий серебристый свет фонаря проник в каюту. Дюйм за дюймом дверь осторожно отворилась, пока Рори, стоящий прямо за ней, не увидел две темные тени от голов, гротескно увеличенные на полу. Последовали осторожные шаги, и рука поднялась, показывая на вздутое одеяло на кровати. Еще несколько шагов, осторожных и бесшумных, приблизили двоих к самому краю койки, и Рори увидел отблеск света на занесенном кортике и на сверкающем кинжале, когда обе темные фигуры подняли руки.