Я оглянулась по сторонам и поняла, что выступила немного вперед на поле с тыквами. Страх оказаться замеченной сковал мое тело – и я резко задрала голову наверх, встречая пристальный взгляд Роберта, который уже стоял около подоконника, облокотившись о него ладонями, а затем резко исчез из окна. Я сжала в кулаке светлячка, чувствуя, как магия лопнула в моей ладони и быстро попятилась в глубину леса. Трясущимися руками я достала телефон, чтобы вызвать такси, но сети не было. Я ругнулась и быстро направилась к дороге, где меня высадил таксист. Черт, а чего я еще ожидала? Где-то недалеко хлопнула дверь дома. И быстрые тяжелые удары по ступенькам говорили о том, что Роберт, а скорее всего это был он, бежал в мою сторону, чтобы поймать с поличным непонятную тетку, которая следила по каким-то своим нездоровым причинам за его семьей. И о чем я только думала, когда решила на ночь глядя прокрасться на чужую территорию? Права была Эмма, когда сказала, что с того момента как я встретила Роберта, узнала о его существовании, я просто буду медленно угасать, не имея возможности быть с ним рядом.
Я слышала глухие удары ботинок об землю и спряталась за камнем, присев в углубление и прижавшись спиной к холодной поверхности. Роберт остановился, прошелся из стороны в сторону, разочарованно зарычал и ушел. Его шаги удалялись всё дальше и дальше. И я не сразу заметила, как безмолвные слезы покатились по моим щекам. Так, наверное, и выглядит жертвенность. Любовь вопреки всем препятствиям и сложностям. Я настолько сильно хотела видеть его счастливым, что наступала себе на горло. Я легла на траву, свернувшись калачиком и глотая горькие слезы. Если так правильно, если так будет лучше, то я готова потерпеть.
Следующие две недели я отработала лучше, чем когда-либо, Саддам теперь получал доступ к моему телу так часто, как ему этого хотелось, но даже он заметил, что я стала пустая, я как будто умерла. Я даже ночевала в его номере, надеясь, что мне как-то это поможет пережить свое одиночество в толпе. Не помогало. Вообще ничего не помогало.
- Ты не решилась полететь со мной и бросить здесь всё? – прошептал Саддам, поглаживая мое голое бедро после очередного секса, которого у нас стало в разы больше за последнюю неделю.
- Нет, Саддам, не передумала. Ты должен послушать моего совета и жениться на одной из своих молодых любовниц. Думаю, они будут сказочно рады, да и тебе пора обзаводиться детьми.
Рука Саддама замерла.
- А тебе не пора? У меня мать в твоем возрасте уже имела троих сыновей.
- И она молодец, Саддам. Если это делало ее счастливой, то она вправе иметь хоть десять детей. А я живу так, как живу – и ничего не собираюсь менять.
Я встала и подцепила валяющийся на полу халат, надевая его на голое тело.
- Я прилечу через неделю, Белла, - сказал Саддам и подошел ко мне со спины, обнимая меня и кладя руки на живот. Он, видимо, ожидал, что я непременно скажу, что встречу его и проведу с ним всю предстоящую неделю, но это не так.
- Меня не будет, Саддам, - прошептала я, принимая ласку темных пальцев на моей коже. Я прикрыла глаза и положила свою руку на ладонь Саддама, направляя смуглые пальцы вниз к клитору и с наслаждение выдыхая, когда два пальца собрали стекающую по бедрам сперму и размазали ее по складкам, массируя их и вырывая из моего рта судорожные вдохи.
- Почему? – прохрипел он, убирая пальцы с клитора. Я разочарованно заскулила, потому что хотела кончить хотя бы от его пальцев, но и этой возможности он мне не дал. Пальцы грубо задрали халат – и в следующий момент от стен комнаты отрикошетил мой крик от глубокого проникновения.