- Белла! Как ты? - послышался справа от меня тоненький голосок.
Я повернула голову и увидела Эмму, мою лучшую подругу, которую обвинили вместе со мной в сговоре с ковеном. Она просто встала на мою защиту, когда все молча стояли и смотрели, как озверевшие люди Мэзэра повалили меня на землю и, пару раз ударив по лицу, связали жесткими верёвками.
- Я пока не очень понимаю, Эмма, - ответила я и посмотрела на кромешную тьму, среди которой виднелись лишь деревья и дорога. – Что они хотят с нами сделать?
Эмма вздрогнула и слёзы покатились из её глаз. Она внезапно потупила взгляд, уставившись на подол льняного платья, нервно начав перебирать его черными от грязи пальцами. И тут я увидела всю картину полностью: волосы напоминали рыжий стог сена, ладони и середина платья были черными от грязи, корсет спереди был разорван, и небольшие упругие груди торчали из-под разорванной ткани. Эмма вытерла разорванной тканью слезы и начала заикаться.
- Я..я…я… просила, но люди Мэзэра… - и стала задыхаться от всхлипов и неразборчивых слов.
Я резко выдохнула и дернула руками, пытаясь освободить их от жестких пут, но получила лишь острую как укол боль.
- Звери! И это нас они хотят обвинить в жестокости?! Я лично бы вспорола им их толстые свиные животы! – прокричала я.
Внезапно повозка резко остановилась в густом лесу, послышались шаги и замелькал свет от факелов, сопровождаемый гулом мужского смеха. Я вздрогнула, когда чьи-то руки дернули меня вверх, протащили по деревянной поверхности повозки и кинули на землю.
- Даже не мечтай, подстилка Сатаны! – прогремел надо мной голос охранника, который улыбался и был в превосходном расположении духа. – Сегодня мы отдадим тебя и твою сладкую подружку на съедение лесному зверю.
Он склонился еще ниже, и теперь его лицо находилось от моего на расстоянии одного пальца. От него смердило ужасно, но не ужаснее, чем мысли в его голове.
- Надеюсь, что вас будут драть на куски очень долго и болезненно, чтобы Дьявол увидел, насколько мы сильны и больше не смел соваться в наш город.
Я плюнула ему в лицо, на что он лишь рассмеялся, схватил меня за веревки и резко поднял на ноги.
- Раскал, бери вторую шлюху и тащи к дубу.
- С удовольствием, брат, - крикнул Раскал, и я услышала, как пискнула Эмма, когда ее протащили по земле несколько метров, пока она не смогла самостоятельно подняться на ноги.
Я огляделась по сторонам, место было совершенно незнакомое. Ночью лес больше пугал, чем восхищал, хотя именно благодаря ему мы делали хорошие запасы на зиму ягод, мяса, рыбы и дерева.
Каждый шорох или хруст ветки заставлял сердце биться чаще. Когда я была совсем маленькой, то мама запрещала мне ходить одной в лес – даже днём. Ходила легенда, что когда-то одна девушка забеременела от судьи Салема и оставила в лесу новорожденного ведьмам, когда поняла, что желтоглазое дитя является порождением зла и похоти. С тех пор в глуши проживала молодая ведьма, нападавшая на всех нечистых помыслами женщин и иногда мужчин. Говорят, она обладала желтыми глазами и огромными когтями, которые ей помогали смертельно ранить своих жертв. Вот ей, полагаю, нас и хотели скормить.
- Тимми, - заговорил один из людей Мэзэра, - предлагаю прийти утром и посмотреть, сколько вырезки осталось от этих юных отродий зла.
Тимми рассмеялся и сказал:
- Спорю на жареную ногу кабана, что от них останутся только окровавленные веревки.
Меня привязали к самому толстому дереву с жесткой и твердой корой, которая как иголки впивалась в мою кожу даже через платье. Я зашипела, когда веревки чересчур сильно пережали запястья и лодыжки, передавливая поток крови, но все же подняла голову, ища глазами Эмму.
- Эмма, - жалобно пропищала я, видя, как хрупкое девичье тело придавлено сверху этим огром – одним из. – Уйдите от нее, вы, грязные ублюдки!
Эмма дралась, стараясь скинуть с себя это огромное тело, что было маловероятно. Она царапалась и кусалась, нанося удары по всему телу мужлана, но когда он одной рукой завел ей запястья за голову, а другой задрал подол, я отчаянно закричала, надеясь, что хоть кто-нибудь придет на помощь.