По щекам Кендис катились крупные слезы. Она замерла на месте.
- Она лучше, чем я? – прохрипела Кендис. – Я стану для тебя, кем хочешь, Роберт, но, пожалуйста, не уходи от меня – не бросай, молю, - казалось, что она готова была упасть на колени и ползти к нему. Смотреть на ее страдания было невыносимо, потому я закрыла глаза.
Роберт шумно выдохнул.
- Ты должна отрезать меня от себя и постараться забыть. Родителям я скажу сам. В нашем доме можешь жить, сколько тебе угодно.
После этих слов он развернулся и направился в мой дом.
- Ты как привороженный! Говорили мне подружки, что такого как ты быстро приберут к рукам более опытные, если я и дальше буду тебе доверять как слепая влюбленная дурочка, - крикнула ему она.
Я открыла глаза и увидела, как Роберт повернулся и посмотрел на окно, в котором стояла я. Я вздрогнула и сразу же отпрянула в темноту, испугано хлопая глазами. Но пожелтевшим глазам Роберта мои попытки скрыться не стали помехой – он все также продолжал сканировать меня.
- Не глупи, Кендис, - спокойно сказал он, продолжая сверлить меня глазами, - мы не в семнадцатом веке – и далеко не в сериале про Салем, который ты так любишь смотреть. Очнись уже и учись жить без меня.
Кендис развернулась и с рванула к дому, скрываясь за железной дверью. Роберт оторвал от меня взгляд и направился ко мне в дом с такой силой и решительностью, которой я вряд ли смогу противостоять. Я оглянулась на окно, на секунду поймав себя на мысли, что ищу пути отступления, но в трусах и туфлях это сделать вряд ли можно.
Я скинула одеяло на пол, сняла туфли и трусики, успокоилась и глубоко вдохнула, когда до меня донесся хлопок двери, а затем целенаправленные шаги в ванную. Я встала по душ и включила горячую воду, согреваясь снаружи и внутри. Я обняла себя руками – как это недавно делала Кендис, чувствуя надвигающуюся силу Роберта. Во мне практически не осталось ведьмовской мощи, я уже даже и свечу зажечь не смогу, но лижущие щупальца Роберта, которые помогали своему хозяину отыскать меня – я ощущала слишком отчетливо.
Скрип двери. Я уперлась руками в холодный кафель.
- Ты довольна, гребаная ведьма? – прогудел позади меня голос Роберта, вызывая предвкушающую дрожь во всем теле. – Что бы ты себе не нафантазировала, но советую снять с меня приворот – иначе я придушу тебя собственными руками, - раздавалось агрессивное за моей спиной, в каких-то паре сантиметров от моей кожи.
Грубый захват развернул меня на сто восемьдесят градусов – и я оказалась прижата к стене спиной. Серые глаза изучали мое лицо, а пальцы обхватили мою челюсть. Я смотрела и любовалась им. Даже в такой момент я бы не смогла причинить ему боль. Я так сильно любила этого человека, что готова была отдать свою жизнь за него, хотя он и не помнил обо мне ничего. И возвращение силы это не изменило. Пальцы сместились вниз и обхватили мое горло. Я открыла рот от нехватки воздуха. В глазах стояли слезы.
- Я…
Робер наклонился, не уменьшая давления на моем горле, и поднес ухо к моим губам.
- Что ты там лепечешь, сумасшедшая? Ты слышала, что я сказал?
- Я люблю тебя, Роберт, - прошептала я, чувствуя, как к лицу прилила кровь, а перед глазами всё начало размываться.
Глава 13
Хлопок двери о стену. Давление на моем горле пропало, и я сделала спасительный вдох кислорода. Я услышала глухой удар тела о стену и подняла глаза на Роберта, который лежал без сознания у дальней стены. В дверном проеме появился Саддам с большим белым пледом в руках. Черные глаза горели яростью и каким-то диким сумасшествием вперемешку со страхом, пока искали мое бескостное тело на полу.
- Белла, - прорычал он и подлетел ко мне, подхватывая на руки и на какой-то сумасшедшей скорости выбегая со мной на руках из дома.
- Что происходит? – прохрипела я, всё еще чувствуя дискомфорт в горле и легкое головокружение.
- Если не считать того факта, что тебя чуть не убили, то у нас появились небольшие проблемы, - задыхаясь, ответил мне Саддам, укладывая меня на заднее сидение и с силой захлопывая за собой дверь. Он слишком много смотрел по сторонам и настороженно озирался – значит, проблемы были не «небольшие», если такой человек как Саддам начал нервничать. Но, честно говоря, я не могла представить, что могло так сильно его напугать. Если бы мы оказались снова в Салеме, то было бы за что переживать, а в двадцать первом веке не существовало никаких объективных угроз жизни ведьмы. К счастью, в нас никто не верил. Хотя я уже не уверена, что ко мне применимо понятие «колдовство», потому что я всё передала Роберту, который собирался меня придушить.