Я кивнула и выгнулась от предвкушения, когда Роберт встал перед кроватью и стянул с себя последний лишний предмет одежды – штаны. Я удивленно вдохнула и покраснела, потому что никогда раньше не видела голых мужчин – только младшего брата, но это совсем другое. Моя работа травницы включала в себя лишь составление и готовку рецептов, а лечил всегда доктор.
- Не бойся, - сказал Роберт, устраиваясь между моими разведенными бедрами. – Ты настолько прекрасна и молода, что это мне нужно волноваться о том, как я выгляжу, и краснеть, глядя на тебя.
- Я просто никогда… - взволнованно затараторила я, нервно ерзая на мягкой шкуре.
Роберт опустился на меня, прижимаясь своей горячей кожей ко мне. Я вздрогнула, почувствовав что-то очень твердое и пульсирующее. Я, конечно, изучала строение тела и понимала, что это, но все равно сильно волновалась.
- Я знаю, - ответил Роберт, целуя меня в уголок губ, - спасибо тебе за оказанную честь.
Я приподняла голову и поцеловала его, вырывая из его соблазнительного рта стон желания.
- По-другому и быть не могло, любовь моя. Я твоя с кончиков пальцев и до каждого волоска головы.
Роберт застонал и набросился на мои губы, впиваясь в них требовательным поцелуем. Я почувствовала, как он слегка приподнялся с меня, продолжая целовать, и провел одной рукой от моих губ, по шее, чувствительным соскам, животу и накрыл пальцами лоно, раздвигая складочки и слегка проникая кончиком пальца.
- Роберт, - вскрикнула я, выгибаясь и впиваясь ладонями в широкие плечи с твердыми от работы в саду мышцами. – Пожалуйста…
- Что пожалуйста? – промурлыкал он, добавляя еще один палец и проникая чуть дальше.
Я неосознанно задвигала бедрами, чувствуя неутолимую жажду, но я не понимала, чего хочу. Роберта. Это было несомненно, но что вот делать дальше – я не знала. Как себя обычно вели опытные девушки? И этого я не знала. А спросить у более старших девушек – это значило выдать себя с головой.
Я разочарованно застонала, сжимая мышцами пальцы Роберта, и в какой-то момент пальцы исчезли. Я посмотрела ему в глаза снизу вверх, приоткрыв губы и тяжело дыша.
- Если и есть чистые души на земле, то твоя одна из них, - прошептал он и слегка двинул бедрами.
Я выгнулась и вскрикнула, когда что-то мягкое и горячее, а затем твердое и слишком большое для моего тела глубоко проникло в меня, окатив с ног до головы неприятной болью. Я зашипела, испуганно вглядываясь в Роберта, который прикрыл глаза и тяжело задышал.
- Все хорошо, эта боль временная, - прохрипел он, так и не взглянув на меня.
Роберт оперся на одну руку, а другую положил мне на низ живота. Шли секунды друг за другом, и я поняла, что боль прошла, сменившись удовольствием и пожаром. И теперь неприятное давление внутри стало невероятно желанным. Мое тело стремилось к чему-то, горело и тлело, но я не понимала, что ему нужно.
- Уже лучше? – открыв глаза, посмотрел на меня Роберт своими расширенными зрачками.
Я кивнула и сжала плечи Роберта. Он резко двинулся, ударяя в меня как меч в ножны. Теперь я поняла, насколько он был осторожен.
- Да! – крикнула я. – Пожалуйста, не останавливайся.
Роберт рассмеялся и облегченно выдохнул.
- Никогда. Ты была рождена для меня, Изабелла, - сказал Роберт, нежно поцеловав меня и сделав еще один сильный удар, и еще, и еще…
Я утопала в невиданном мне ранее удовольствии. Волны накатывали одна за одной, предвосхищая потоп. Я принимала каждый удар тела Роберта в мое, подаваясь бедрами вперед.
И тут он замедлил толчки, заставляя меня посмотреть себе в глаза.
- Белла, ты понимаешь, что если мы доведем нашу близость до конца, то есть шанс, что ты понесешь?
Он задыхался и хотел меня всеми своими фибрами души, но все равно давал выбор. Роберт, как доктор, знал несколько уловок, как избежать тяжелого положения.
- Я люблю тебя, и глупо было бы врать, что не хочу от тебя ребенка, - прошептала я, накрывая его губы в страстном поцелуе. – Давай оставим этот вопрос на волю Господа.