Объективна лишь мнений обманчивость,
Безучастливый к прениям раундным,
Созидания кисти обмачивай,
Окуная в гуашь андеграунда.
* Цирцея – чародейка в греческой мифологии.
Визуальных воззрений каприччио
Звуковым обрамится орнаментом,
Скопидомства илоты капризные
К нищете приколочены намертво.
Барельефы идей непосильные
Для презренных невежд-горевальщиков,
Замыкаю в кольцо композиции
Бесконечных реприз вариации.
Смерть приходит con largo anticipo*.
Ей грозит рефери пересмертия.
Замирая в лагунах античности,
Ей с добром не смириться, не смериться!
Гомерическим эхом отсутствия
Пандемониум тьмы поколеблется,
Отсулив строгий суд, не о(т)ступится
Модернистский творец поколения.
Обжигающий клич обвинения
Из холопов доносится ратуши.
Очертанья лазурной Венеции
Наводняют арены двух радужек.
В них на пристань отшельников колбочки
Заплывают большими гондолами,
Дилетанты – сварливое скопище,
Обезличить эпоху готовое.
* con largo anticipo – заблаговременно.
Дедуктивная опростизация,
Девальвация целей в их цельности,
Путь изгнания: он пройден затемно,
Оттого знаменован сверхценностью.
Тщетны менторов долгие пленумы,
Омовенный от пасквильной зависти,
Увенчай свой пролог искупления
Эвфемизмов нейтральною завязью.
Метафизика зла рецидивного,
Лицемерья увидена гибельность,
Авангардное море цедили мы
В промышлениях интеллигибельных.
Альтерация бренного ракурса
На хрустального света субстанцию.
Ливни инсинуаций – нахраписты,
Апейрона рассвет не состарится.
Доминирует смрад релятивности,
В раболепной пристрастий колонии.
Отранись от него, прелесть дивная!
Справедливость твердеет колонною.
Стены дыма обставлены эркером,
В них фантом очевидности прячется,
Хладнокровность галантного егеря
Укрощает блажную подрядчицу.
Вербализмов бесценятся центнеры,
Сан правдивцев – священноначалие,
Вопрошу из затакта: «Оценишь ли
Эксплицитную сагу молчания?»
Безразличия флёром обвеянный,
Прокламацию новшеств, как НЭП*, начни,
И, прощая моё незабвение,
Оправдай одичалостью немолчность.
Прекословия гребнями вздувшийся,
Вещей птицей уже не взлетит мой стих,
Сохраним торжество неприступности
В двуедином скиту нелюдимости.
Солнцеликая радость, иди ко мне!
Станем чистых гармоний диффузией,
Квадратичною nihilей** функцией,
Двух ничтожеств суммарной идиллией
Вместо эпилога
Поднебесья и тверди консилиум,
Суть вердикта прикрыта завесою,
Выводя двуимянные вензели,
Просветлённая тьма обессилела
И ответом всему – бессловесие.
* НЭП – новая экономическая политика, проводившаяся в СССР с 1921 года. Новая экономическая политика сменила страте гию «военного коммунизма» и имела целью восстановление народного хозяйства и последующий переход к социализму.
** nihil – «ничто, ничего» (в переводе с латинского).
* * *
Всё же мы – дивергенция знаков,
Разночтенье нечётного с чётным,
Пусть сошлёт справедливости знахарь
К эшафоту, да только б ни к чёрту!
Одиночество – вовсе не казус,
Это время в себе разобраться,
Пацифизма восстав перифразой
В сопостатов разрозненном братстве.
Роковая зависимость – катет,
Прилегающий к гипотенузе,
Небо пышет багрянцем закатным,
И, стремясь до него дотянуться,
Закрываю неистовства клапан,
Взор Аида преследует чаще
Саламандры из огненных кланов
Полонят когнитивную чащу.
Десцендентами Евы с Адамом
В междуречии Тигра с Евфратом
Мы увидим Элизиум жданный,
Сотрясённые миром превратным.
Разнуздались мечты, как менады,
Ажитаций изучено взморье.
Погребенье любви вспоминаю,
Эфемерной и скользкой, как мойва.
И не мстит ядоВидная давность,
Жизнь – в руках многогранного «либо»,
Я как минимум вечность не сдамся,
Словно Феникс, взмывая к Олимпу.
Прогулка или Про гулкость бесчувствия
«Забудь, и Оно прии́дет по дороге реминисценций…
Освежит утренней россыпью иллюзорных рос…
Зайдёт с торца воспоминаний – да в самое сердце серого безразличия».
1
Собран сок предсонного предисловия
Сто лет одного в ночи
Словлены совы совокупностей соблаговоливших обстояний
Устье усталой улицы, уставленной конвоем новорождённых домов
Элевация вязкого взгляда на верхний этаж безумного энтузиазма, без «у» – его и так очень много