Выбрать главу

«У» – унитарно унизительна.

2 Сириус* и синица исполняют тактический танец тишины

Во избежание криминала соприкосновения – дистанция в десятину станса

Приближение – коварная зигота соблазна

Отдаляясь, отдадимся на волю свободы

Свобода воли не горда – всегда прощает инверсию, убивая гордость под углом нулевой уголовности.

* Сириус – звезда созвездия Большого Пса, самая яркая звезда в ночном небе.

Пленники синхронного сна,

Сириус и синица, пленимы наваждением: младое древо мужества пускает свои властные корни в почву испуганной скромности, всё глубже и глубже проникая в глубины нор нетерпеливого темперамента

Прежде изнасилованная равнодушием (равно свежим, равно душным), почва обласкана десницами незрелых поползновений

Изнурённая истомой, она млеет на млечно-берёзовых берегах

И вместе с тем – бирюзовых

Только что свихнулся вихрь ассоциативных метаморфоз

И теперь…

4 Поезд запретного повествования становится на рельсы

Поезд – заложник непознанных направлений

Поздние вперёд!

Медленно, но вечно (и конечно же верно)

Стены туннельного сосуда мироточат кровью кро́тких откровений

Поезд минует станцию «Подноготная», лампы которой выстроились в нуклеиновую цепь молекул ДНК Поезд преследует свет – люминесцентный свет любви

Его скоростью обескуражена скорость света

Свет – поэзия Богоявления

Поезд уже ничего и никого не замечает

И это – замечательно

Излияние елея благословенной услады из сокровищниц имманентных энергий

В конце – Святое Начало,

Святое Ничто Святое кончается до бесконечности

Это НИЧТО иное, как ничтожество смерти

Это скалярное произведение векторов восходящих и нисходящих духовных интенций, производящих фурор гармонии

Будущее – забудет, а ты – запомни:

Святое. Длится. До. Бесконечности…

* * *

Извергнув ненасытного изверга страсти наружу,

Из «немогания»

Ис «ступления»

Из «нывания»

Ис «томления» – к праведности.

Это виртуозный экзорцизм вероятности неистовства обезвреженного греха

Его терминальная смерть

Не скорби

Не жди

Не ленись

Вызови ритуальные услуги

Это неотложные похороны похоти

Её частное и тщательное отпевание

Своевременность – залог сокрытого за логикой счастья.

Грядёт канонно-священная репродукция сна:

Долгожданный обряд освящения

Проскомидия долготерпящей любовью

Сириус и синица

Венценосные короны украшают их изящные главы.

Пепел фантасмагорий, окончательная состоятельность в состоянии стабильного ада

Настроение не по-ребячьи расстроилось

Нас – трое Ты, я и яд невзаимности

Небо скомпилировано из осколков божественных пророчеств, осыпающихся в пруд мудрых очей Внезапное ранение

Уже слишком рано

Ещё слишком РАЙно

Скажи, мне можно чему-то порадоваться?

Цветут мои увечья

Исцеление болью целостнее и ценнее волшебства лекарей.

Хрупкая архитектура любви и ненависти

Таинство перемирия

Чудесная теодицея*

Покровительствующий Правде – проектирует новую Галилею юных апостолов

Отрекись от реки злопамятства, откажись от ненависти, откажись от страсти, откажись от каждого отката мысли в порт негодования, тогда само «казание» откажется ото лжи и вдохнёт эфиры любвеобилия.

Динамичные статуи независимостей вершат визуальное турне по инфраструктурам земных пороков

Внизу – факториалы фонарей вдохновенно восклицают: «Тушите тьму! Тушите тьму!»

Сверху – величаво проплывают облака кавалерией белых китов-скитальцев, выкидывающих парадный фонтан эмоциональных осадков

Они – довольны, а мы – два воина.

* Теодицея – слово, введённое немецким философом Лейб ницем в своём трактате «Опыты теодицеи», приобретшее значение общего термина для выражения задачи примирить существование зла в мире с благостью, премудростью, всемогуществом и правосудием мирового Творца.

Подписан пакт о совместном падении вниз, его подлинность – неподдельна.

Мы – словно на самом карнизе когнитивно поведенческих крайностей

«Вестник мой, взлети за мной, отступит крах, ты – Ночь, я – Ной…»

Подойди ко мне без шагов

Движение – опционально (исключительно для этого случая, как дань покою)

Подтолкни бережной дланью вперёд

Превыше всего – торжество неприкосновенности

Стоп! Опасно прыгать на счёт «сразу!», сцена выдержки – бесценна.

Перед нами – приветливо-привередливое море мора, разлившееся токсичным морсом угроз

Абстрагируйся от его безмолвия