С недавнего времени, Гермиона была принята Слизнортом в его известный по тем временам Клуб Слизней. Она точно знала, что Том вряд ли этому посодействовал, зато подозрения падали на Малфоя, который, между прочим, тоже входил в касту отмеченных профессором. Абраксас очень красочно расписывал Гарднер, как древний род волшебников с севера. Иногда это заставляло Гермиону закатывать глаза в порыве прибить его чем-нибудь тяжёлым. Но это сыграло неплохую роль в том, что многие слизеринцы присматривались к ней с благосклонными намерениями, шепчась, что шляпа в этот раз прогадала, когда отправила чистокровную волшебницу из Дурмстранга на красный факультет. И Грейнджер не стремилась развеивать все эти сплетни, ровным счётом позволяя им самим ваять её историю, и самим же в неё поверить.
* * *
После нескольких занятий, гриффиндорка делала последние записи на занятиях по магическим существам. Уже вокруг лежал снег, но это не мешало профессору проводить занятия у вольера. Это было весьма интересно, тем более, что преподавал эту дисциплину никто иной, как Сильванус Кеттлберн. Гермиона очень восхищалась им и его трудами. И даже зная всё, что проходили на шестом курсе, девушке удавалось почерпнуть для себя что-то новое. С тех пор, как она приняла для себя решение, что Реддл ей не враг, всё пошло как-то легче. Она даже в полной мере чувствовала хорошее настроение.
– А ты, как всегда вся в учебе, – раздался голос Тома и кажется, впервые она увидела лёгкую, почти незаметную улыбку на его губах.
– Привет, Том, – ответила Гермиона, закрывая книгу, и на весу сворачивая свиток. – Ну, вот почему не придумали, как делать записи на таких занятиях, где нет столов?
Реддл, подошёл ближе, взяв книгу из её рук и позволяя девушке все беспрепятственно убрать в сумку.
– Наверное, только ты делаешь записи на этом предмете, обычно ученики стараются просто смотреть на удивительных существ, а не яростно изучать их, – сказал слизеринец, протягивая ей книгу.
– Очень зря! В этом столько интересного, – возмутилась Гермиона, ощущая, как щёки тронул лёгкий румянец. – А ты что здесь делаешь? Слизерин давно покинул занятия.
– Я здесь по важному заданию, – загадочно произнёс парень и придвинулся ближе, шепнув ей на ухо. – Профессор Слизнорт устраивает вечеринку клуба. Ты приглашена. И так как это твой первый поход, то сообщаю, что наряжаться не нужно.
Гермиона немного удивилась, что Том принес ей такую весть сам, но с другой стороны ей было невероятно приятно. Реддл вернулся в исходное положение, смотря в её глаза.
– Я приду, – кивнула шатенка, чувствуя волнение.
Внезапно из-за спины Тома показалась Вальбуга. И по её недовольному лицу было ясно, что она не приветствует подобные встречи.
– Том, я искала тебя, – с нотками раздражения в голосе произнесла она. – Нам пора в гостиную, ты должен провести собрание.
Взгляд Реддла в считанные секунды потемнел, и желваки заходили на скулах слизеринца. Она назвала его по имени, словно это было обычным делом, но устраивать по этому поводу скандал он не собирался, ни здесь, и не при Гарднер. Он перевел взгляд на Гермиону.
– Сегодня в шесть вечера приходи в подземелья, тебя встретят, – то, как поменялся его голос, было слышно сразу, а потом он вцепился пальцами в локоть Блэк, утягивая её за собой. – Вперёд.
Гермиона напряглась, наблюдая за происходящим. Всё это окружение, что втягивало Тома глубже в пучину, было невозможно от него отодвинуть. Да и она сама будто бы была чужой, среди тех, кто был рядом с ним. Стараясь не думать о подобном, Грейнджер повесила сумку на плечо удобнее, направляясь к замку. Честь посетить мероприятие Слизнорта была исключительна, она, как никто знала, что удостоены её не все. Тогда тем более упускать шанс было нельзя. Свернув по тропинке, девушка зябко поежилась. Начало зимы было холодным и, пряча пальцы под теплую мантию, девушка обернулась, словно ощутив на себе взгляд. Но никого сзади не оказалось и гриффиндорка списав это на мнительность, толкнула большую входную дверь, тут же попадая в тепло и уют замка. Проходя по вестибюлю, она заметила Малфоя, который с фирменной усмешкой выплыл навстречу.
– Слизнорт принял тебя членом его клуба, Гарднер, тебе стоит гордиться, – довольный собой, произнёс он, запихивая руки в карманы брюк.
– О, я горжусь, – наигранно благодарно ответила Гермиона. – Прямо-таки не терпится оказаться на вечеринке. Прости, мне нужно подготовиться, до встречи.
Немного вымученно улыбнувшись, гриффиндорка направилась к лестницам. И весь её интерес теперь был сосредоточен на предстоящем вечере.
* * *
Ощущение волнения было явным, и Гермиона стоя у входа в подземелья даже подумала о том, чтобы сбежать, но из мрачного коридора появился какой-то слизеринец с довольно хмурым лицом.
– Пойдем, я провожу, – сказал он.
Шатенка, молча, последовала за ним. И когда они прошли вглубь подземелий, даже почувствовала себя не очень удобно. Дальше аудитории Зельеварения она не ходила, да и нужды не было. Перед ними распахнулась дверь, и они оказались в довольно обширном помещении, там горел камин, чтобы немного согреть воздух холодных подземелий. Стены из серого камня не придавали уюта. А само помещение было условно разделено на две части. В одной стороне стоял довольно богато накрытый стол, в другой располагались диван и кресла со старомодной полосатой обивкой. Гермиона вошла внутрь, и её провожатый тут же отошёл, больше не считая нужным ничего пояснять. Грейнджер прошла дальше и её заметил Слизнорт, он с улыбкой подошёл ближе, взяв её руки в свои.
– Гермиона Гарднер, звезда нашего вечера. Я не мог не внести вас в список моих любимых учеников. Ваши старания, они приводят меня в искренний восторг, – сказал он с улыбкой, увлекая ее за собой к столу. – Я уверен, что в будущем вас ждёт должность в Министерстве, не иначе, деточка.
– Здравствуйте, профессор. Спасибо, для меня это честь прийти на ваш приём, – с искренней улыбкой произнесла она, присаживаясь на предложенный ей стул.
Как ни странно Тома ещё не было. А вот Малфой вальяжно сидел на стуле, рассказывая Эйвери, как сегодня он отвесил подзатыльник какому-то пуффендуйцу. Слизеринец громко рассмеялся, комментируя данное «геройство». Гермиона с омерзением отвернулась, не желая даже смотреть на подобное. Дверь в помещение открылась, и вошёл Реддл. Выглаженный костюм и идеально причесанные волосы, он проследовал к столу, обратив внимания только на Горация.
– Профессор, доброго вечера, простите за опоздание, обязанности старосты обязывают уделять много внимания проблемам, – вежливо произнёс он, проходя и садясь на свободное по правую руку место от Слизнорта.
– Ну, что вы, мальчик мой, всё хорошо, ваша ответственность меня восхищает, – сказал Гораций и с улыбкой посмотрел на остальных. – Начнём наш вечер. Предлагаю отужинать, а потом уже можно приступить и к остальному.
Все дружно кивнули, приступая к трапезе. Гермиона не отставала ото всех, но особенно не вслушивалась в разговоры. Темы вели обыденные о планах после обучения в Хогвартсе, о возможностях и том, кому кто может помочь продвинуться дальше. Грейнджер изредка поглядывала на Тома, он увлеченно вел беседу с профессором, а его манеры были отточены до идеала. И восторг Слизнорта от его любимца было невозможно скрыть. Однако она ощущала себя здесь совершенно лишней. Она и правда не принадлежала к элите, и не была никакой перспективной ученицей, но заметила одно, Эйвери и Лестрейндж ловили каждое слово Реддла. И когда слизеринец произнёс, что весь магический мир будет знать его, на губах обоих появилась, жутка усмешка, от которой мурашки пошли по коже. Хотя Гермионе стало интересно, почему в избранные не попала Вальбуга. Насколько она помнила, род Блэков был одним из самых известных, но видимо, девчонка не дотягивала до уровня, что внутри Гермионы отозвалось особенным удовлетворением.