Отступив под защиту повозки, он напряженно уставился на стену.
– Если они бросятся за нами в погоню… Да еще на лошадях…
– Ходу, Рон! – взмолилась Сэндис, смахивая с ресниц набегавшие слезы.
Он сжал кулаки. Рыкнул. Кивнул и протянул ей руку.
– Не отставай.
Стиснув в ладони пальцы Сэндис, Рон, словно выпущенный из пращи камень, помчался к стене.
14
Сэндис не узнавала Дрезберг, в мгновение ока превратившийся в непроходимый лабиринт.
Смятение все поставило с ног на голову. Дома казались неприступными стенами, тени – кровожадными монстрами, люди – препонами. Каждый шаг отдавался в теле мучительной резью.
Небывалая удача, что им удалось уйти так далеко.
Сэндис неслась без оглядки, не то что Рон, который то и дело оборачивался и сквернословил. И эта заковыристая брань лучше иных слов описывала Сэндис происходившее у нее за спиной. Их стремительный побег к стене заметили сразу же. Оккультники припустили за ними во всю прыть, хотя лошадей им пришлось бросить: днем на тесных и наводненных людьми улицах всадники не могли тягаться в скорости с несущимися на своих двоих беглецами.
На башне пробили часы, отозвавшись в голове Сэндис тупой режущей болью. Она взмокла от пота: ее липкая ладошка грозила вот-вот выскользнуть из руки Рона.
Возле ее уха прожужжала пуля и с надсадным визгом впилась в кирпичный угол книжной лавки.
– Они что, хотят тебя укокошить? – взвыл Рон, рывком увлекая ее в узкий проход между домами.
В горле у Сэндис пересохло от полыхающего в нем пламени; ничего не ответив, она лишь быстрее понеслась по запутанному хитросплетению улочек Дрезберга. Неужели эта пуля предназначалась ей? Неужели Кайзен решил вывести ее из игры, чтобы вернуть Ирета?
Глупо было надеяться с легкостью сбежать от Кайзена, одного из самых могущественных и влиятельных людей Колинграда, после того как она похитила его бесценного Духа.
«Ирета за деньги не купишь. Даже за все золото мира».
Они выскочили на оживленный проспект. Рон чуть не протаранил телегу, груженную картофелем, но вовремя остановился. Сэндис оглянулась – за ними мчались двое. От них не скрыться. Она потащила Рона в самую толчею.
Рон не возражал. Покрепче сжав ее пальцы, он принялся орудовать локтями, проталкиваясь сквозь сутолоку и кутерьму. Вслед им полетели укоризненные взгляды и отборная ругань.
– Если так пойдет и дальше, нами заинтересуется полиция, – прохрипел Рон, со свистом выпуская воздух: затяжная гонка до городской стены не прошла для него даром.
«Полиция. „Алые“. От них пощады не жди, так же как и от священников».
«И все же лучше они, чем оккультники».
Позади раздались возмущенные и обиженные крики – в толпу врезались оккультники. Громадный Марек раскидывал мужчин и женщин направо и налево. Стапс потрясал зажатыми в руках пистолетами. Жахнул выстрел, и люди бросились врассыпную. Рон поволок Сэндис в проулок, змеящийся между металлургическим заводом и каретным сараем, где в ожидании пассажиров томились извозчики. От жара доменных печей на глаза Сэндис навернулись слезы.
– Ты сможешь… драться с ними? – ловя ртом воздух, просипела она. – Амаринт…
– Нет.
Поднырнув под бельевой веревкой, они свернули налево. В отдалении послышалась заливистая трель полицейского свистка, но возможно, слух просто обманул Сэндис.
– Дождемся… – Рон рванул ее направо, – решающей минуты. Только один поворот амаринта… Я… – пропыхтел он, – пойму, когда…
Он посмотрел наверх, прикидывая, успеют ли они взобраться на крыши, прежде чем их прищучат оккультники; тоскливо тряхнул головой и поволок Сэндис на центральную улицу.
Но, как оказывается, не все оккультники спешились там, за стеной. Сэндис разинула рот, когда перед ними, раздувая ноздри и хрипя, встал на дыбы черный, как смола, конь.
Коня Сэндис узнала сразу, так же как и наездника в черном плаще, хоть и без шляпы.
Ноги ее стали ватными, и они с Роном застыли на склизкой булыжной мостовой. Кайзен. А позади него – Рист.
Тело и душу Сэндис словно обдало зимним холодом. Неужели прошло всего несколько дней с их последней встречи? А ей показалось, что годы. Сэндис заколотило от ужаса. Она знала, кем может стать Рист – орудием возмездия. Курасиеном.
Рист и в самом деле хочет стереть ее в порошок? Он ненавидит ее? За то, что она сбежала? Она всматривалась в его распахнутые глаза, пытаясь найти в них ответ, но не находила.
«Не собирается же Кайзен призывать Духа прямо в городе в разгар дня? Он же не спятил… Столько людей вокруг! Изепию еще можно спрятать, но Курасиена…»
Рон изо всех сил тащил ее назад. Сэндис споткнулась и едва не подвернула ногу. Полицейский свисток – отчетливый, близкий – рассек воздух.