— Но я тоже ничего не понимаю, — добавил он.
— Да и в любом случае: если то, что он сделал, запечатало Арбитра от нас, разве мы не должны были снова услышать ее… его… кого бы то ни было к этому моменту? — спросила Элирия.
Нокс провел длинным индиговым пальцем по одному из рогов:
— Любопытно.
— Почему любопытно? — переспросил Седрик.
Прошло несколько секунд, прежде чем Нокс ответил:
— Как много вы знаете об истории Испытаний?
— Я знаю ее всю, — ответил Седрик; гордость зазвучала в его словах.
Нокс изогнул бровь:
— Неужели?
Элирия не могла разобрать, звучит ли его тон насмешливо или искренне, но решила, что это не имеет значения.
Челюсть Седрика сжалась:
— Это был… и остается моим долгом как чемпиона, представляющего королевство Хейвенсрич — знать об Испытаниях как можно больше.
— Ну разумеется, — повторил Нокс, и Элирии снова не удалось уловить подтекст.
— Почему ты спрашиваешь? — подтолкнула она, сгорая от желания понять, куда клонится этот разговор и какое отношение он имеет к словам Эвандера об Арбитре.
— Расскажи мне, что тебе известно об истоках Испытаний, — обратился Нокс к Седрику, проигнорировав Элирию. И она, и рыцарь нахмурились.
— Я… вряд ли тебе нужен урок истории от меня, — запротестовал Седрик, прокашлявшись, словно внезапно забеспокоился.
— Мне просто любопытно, совпадает ли человеческая версия событий с тем, к чему пришел я сам за время пребывания здесь.
— И к чему же ты пришел? — спросила Элирия.
И снова Нокс проигнорировал ее. Щеки Элирии вспыхнули. Если Ноксу нужен урок истории, она с радостью его преподаст — хотя бы для того, чтобы вернуть разговор к интересующей ее теме:
— После того как королева Дефиния расколола королевство на три части, и Разлом забрал и ее, и темного чародея Малакара из этого мира, небожители…
— Не ты, — перебил Нокс, и его малиновые глаза метнулись между ней и Седриком. — Он.
— Почему? — резко спросила Элирия.
Наконец Нокс соизволил ей ответить:
— Потому что у меня есть догадка, и я хочу проверить, подтвердится ли она. Присядь и послушай, Призрак. Возможно, и ты узнаешь кое-что новое.
Элирия застонала, но опустилась на стул рядом с Трайггом, подтянув одно колено к груди и обняв его руками. Она выжидающе уставилась на Седрика и Нокса с задранным подбородком и склоненной набок головой. Седрик вздохнул и провел ладонями по лицу:
— Ладно. С какого именно момента мне начинать?
Нокс улыбнулся, его зубы блеснули в свете факелов, мерцающих на стенах залы:
— Начни там, где и положено начинаться всем историям, — произнес он. — С самого начала.
С кивком и очередным покашливанием, которым он надеялся выгнать хоть часть нервозности из тела — хотя и сам толком не понимал, из-за чего так нервничает, Седрик начал:
— Как и сказала Элирия, после Разлома…
— А-а, я же просил начать с самого начала, — перебил Нокс.
— Это и есть начало — то, что привело к созданию Испытаний.
— Не просто с начала Испытаний.
— Ты хочешь услышать сказочку в духе «В давние-давние времена…»? Не думаешь, что нам есть чем заняться получше?
— Я что-то не вижу, чтобы кто-то спешил нас отсюда выставить, а ты? Нам некуда идти, не с кем встречаться. Пока Испытания не покажут, что ждет дальше, или пока мы все не сойдем с ума — смотря что случится раньше.
Седрик втянул воздух, сдерживая порыв закатить глаза на ноктеррианца. Но, увы, тот был прав. За прошедшие с момента стычки с Эвандером часы в Святилище царила жуткая тишина. Пока не прозвучит следующий звон или не появится светящийся дверной проем, они застряли.
— В самом начале, — Седрик изобразил глубокий, раскатистый баритон, вызвав у Элирии тихий смешок, который выманил улыбку и у него самого, — существовала Пятерка. Солярис, Богиня Солнца, Лунара, Хранительница Времени, Ноктис, Страж Теней, Мать-Земля Гайя и Аурелия, Заступница Баланса.
При упоминании Аурелии и Трайгг, и Элирия одновременно фыркнули. Седрик их проигнорировал.
— Благодаря небожителям Арканис процветал. И хотя они дали клятву никогда напрямую не вмешиваться в дела смертных, населявших мир, их великодушие… — еще одно фырканье от Элирии, — …позволило народам Арканиса, как людям, так и арканийцам, жить в достатке. Разумеется, случались и времена смут, и раздоры между расами. Но по большей части мы жили обособленно, каждый на своей стороне континента. Пока, в конце концов, не взошла на престол королева фейри, Дефиния. И благодаря ее браку с человеческим королем, Джуно, разрозненные королевства соединились, став единым целым.