Элирия поморщилась. Да, платить придется не только деньгами.
— Ну же, Призрак, — протянул глубокий, рокочущий мужской голос сквозь царивший хаос. — Мы потратили кучу сил, пытаясь отыскать тебя.
Элирия не без труда перевела свои тяжелые, сонные глаза на мужчину. Крепкая челюсть с ямочкой на подбородке. Серые глаза. Светлые волосы, падающие на плечи. Элирия подумала, что он довольно хорош собой, хотя кричащие золотые кольца, болтающиеся в его заостренных ушах, мгновенно убили всякий интерес. С каждой серьги свисало по одинокой рубиново-красной бусине — один из людей Тартаниса.
— Все это ради меня? — усмехнулась Элирия, приложив руку к сердцу. — Я тронута, правда.
Мужчина закатил глаза.
— Не наша вина, что ты взбудоражила толпу во время своего песенного лепета. — Он махнул рукой в сторону прихвостней за спиной — троих мужчин и двух женщин, а затем на сцену в углу. — А теперь ты пойдешь с нами.
— Да неужели? — вздохнула Элирия, опустив кружку на стойку со стуком. — А я-то надеялась провести тихий вечер.
У него хватило наглости ухмыльнуться.
— Что ж, предоставляю тебе право решить, останется ли он таковым.
— Это как же?
Его глаза сузились.
— Ты можешь пойти мирно, или мы заберем тебя… не совсем мирно.
Один из его сальных приспешников гоготнул:
— Так ее, Рейф!
— Рейф, значит? — Элирия покачнулась, поднимаясь со своего места. Она и сама сейчас не являла собой образец трезвости, что готова была признать. Впрочем, какая разница.
Бровь Рейфа изогнулась:
— Именно так, Призрак.
Элирия закатила свои изумрудно-зеленые глаза. Половина тех, кто использовал ее прозвище, бросали его словно оскорбление. Другая половина произносила его как молитву. Ей не нравилось ни то, ни другое.
— Что ж, Рейф, у тебя кровь из носа идет, — деловито заметила она.
Глаза Рейфа округлились. Он тыльной стороной ладони провел по носу, затем нахмурился, разглядывая руку.
— Ничего подобного.
Она хрустнула пальцами, смерив его выразительным взглядом:
— Сейчас пойдет.
Рейф фыркнул и подал знак своим людям:
— Что ж, сама напросилась.
Пара дерущихся посетителей подкатилась совсем близко. Элирия отступила от бара, и Рейф тут же рванул в атаку. Он сходу нанес размашистый удар ей в голову, а затем еще один в живот.
Она крутанулась, увернувшись от обоих выпадов и умудрилась устоять на ногах с каким-то шатким изяществом. Из ее груди вырвался гордый смешок. Даже имея в крови немереное количество сидра, Элирия оставалась опасным бойцом. Любой другой на ее месте уже растянулся бы на полу.
И все же жидкая храбрость ничем не могла помочь против второго противника, поджидающего справа.
Зеленоватые волосы женщины были убраны в тугие косы, а кожаные доспехи скроены так, чтобы выставлять напоказ мерцающие крылья и полосы перламутровой кожи на плечах и руках. Она взмахнула кистью, и сотворенный порыв воздуха сбил Элирию с ног.
Покоритель бурь.
Чудно.
Элирия барахталась, летя к полу. Падая, она не удержалась от того, чтобы рассмотреть точеные черты женщины: заостренную челюсть, царственный изгиб носа, выступающие скулы. Классическая красота фейри, совсем не похожая на внешность самой Элирии.
Если бы не заострённые уши и волосы цвета барвинка, которые каждое утро встречали её в зеркале, Элирия и сама могла бы усомниться, что она фейри. Она невольно сравнила своё лицо, с его мягкими скулами и аккуратным вздёрнутым носом, с резкой красотой женщины. С презрительной усмешкой, исказившей её губы, эта красота казалась ещё более суровой.
Спина Элирии с глухим ударом встретилась с полом. Не впервые она порадовалась, что скрывает свои крылья: магия, делающая их невидимыми, одновременно защищала их. Элирия слишком хорошо знала, какую боль причиняет неосторожно придавленное крыло фейри.
В мгновение ока Элирия снова была на ногах, держась вполне уверенно, несмотря на то что комната вокруг нее слегка плыла.
Она впечатала руку в грудь женщины, пожалуй, сильнее, чем намеревалась. Задохнувшись от кашля, та повалилась на пол, хватая воздух ртом, словно из ее легких вышибло весь кислород. Элирия предположила, что так оно и было.
Поэтично, подумала она: Покоритель бурь задыхается.