Подняв глаза, Седрик увидел парящего неподалеку Сайрена с вытянутыми руками. Он благодарно кивнул покорителю бурь.
Трайгг проворчал тихое «спасибо» — сначала спасителю-фейри, затем Седрику, помогавшему ему подняться. Какофония шуршания и треска заглушила все остальные слова, которые гном мог бы вымолвить.
Корни вырвались из разломов в земле, извиваясь и змеясь по почве. Они переплетались между деревьями, связывая стволы воедино. Колючие лозы спускались с крон, сплетаясь с корнями в кошмарный ковер, словно призванный показать самую темную сторону природы.
В конце концов корни и лозы замедлили свой рост. С таким оглушительным скрипом, будто сама земля стонала от боли, они остановились, оставив после себя невероятно высокую, непроницаемую стену.
Чемпионы оказались окружены со всех сторон. В ловушке.
— Вот тебе и ответ, Кит, — произнесла Элирия, огибая воздухом пространство и приземляясь перед Седриком; ее крылья снова исчезли с вспышкой магии, оставив в воздухе едкий запах горького миндаля.
— Ты спрашивала, что мы должны делать? — Она указала на деревья. — Мы должны понять, как пробиться сквозь это.
Все замерли на несколько мгновений. Не слышно было ничего, кроме оседания земли и ошеломленного дыхания. Воздух казался густым, магия и напряжение забивали ноздри Элирии.
К ее легкому удивлению, тишину нарушила Зефир.
— Что во имя Матери-Земли нам теперь делать? — спросила она.
Кит фыркнула:
— Подходящие слова, учитывая то, что мы только что видели. Черт бы побрал этих небожителей. Разве они не должны держаться подальше от дел смертных?
Трайгг расхохотался, будто это была самая смешная шутка за долгое время.
Элирия закатила глаза:
— Сомневаюсь, что это вмешательство Гайи. Скорее уж магия самого Испытания. Да и в любом случае это не имеет значения. Не тогда, когда перед нами буквально блокада, мешающая идти дальше.
Осторожно переступая через растрескавшуюся землю, она двинулась к стене из корней и шипов. Вытянув ладонь, она попыталась нащупать дикую магию, пульсирующую во всей природе — хоть какую-то нить, за которую можно ухватиться, чтобы пробить брешь.
Брови ее сдвинулись. Элирия ощущала силу, знала, что та там есть. Но слабо. Что-то ее блокировало.
Искра узнавания вспыхнула в груди, когда за спиной раздались шаги:
— Не уверена, что смогу сделать хоть что-то, чтобы пробить эту стену, Кити-Кэт, — призналась она.
— Почему же? — спросил голос — куда более низкий и бархатистый, чем тот, что она ожидала услышать.
Она повернулась:
— Ты не Кит.
Один уголок губ Седрика приподнялся:
— Звучит знакомо.
Элирия нахмурилась:
— Что ж, око за око. Теперь мы квиты.
Седрик нахмурился. Он открыл рот, будто собирался что-то ответить, но, похоже, передумал.
Элирии очень не понравилось то, насколько ее задело неведение о том, что он хотел сказать.
Она прокашлялась и махнула рукой на стену:
— Корни слишком толстые, слишком плотно сплетены. Словно их сплавили воедино. Я чувствую пару слабых мест, но не думаю, что смогу пробить проход, в который пролезет хотя бы Зефир.
Седрик выхватил кинжал из-за пояса, и на миг Элирию охватила тревога. Но рыцарь лишь потыкал им в корни и лозы, словно проверяя их толщину:
— Слишком толстые, чтобы разрубить, — сказал он. — Силой не проломиться. А ты не можешь сотворить для нас проход. Как насчет подкопа? Насколько я знаю магию укротителей природы, ты ведь повелеваешь землей и камнем, верно? Мы могли бы прорыть туннель снизу.
Элирия уставилась на него недоуменным взглядом:
— Ты хочешь, чтобы я… вырыла… туннель? Под этим?
— Я уверена, она ценит твою веру в ее способности, но даже у великого Призрака есть свои пределы, — проговорила Кит с весельем в голосе, подходя к ним.
Элирия бросила на нее благодарный взгляд. Спустя некоторое время, потраченное на осознание, Кит приняла правду о скрытой магии повелителей ночи как ни в чем не бывало. Пока Элирия пряталась в их комнате весь прошлый день — ладно, не пряталась, ни от кого она не пряталась, — Кит была для нее неизменным источником утешения. Носила еду, помогала разобраться, как распутать эту новую темную магию и вернуть привычную, дикую. Это было почти как в старые времена. Чем-то драгоценным. Словно не прошло двадцати лет и они вовсе не здесь. Нет, они снова в поместье Рейвенсвинг, и Эвандер вот-вот войдет в дверь, похлопает Кит по плечу и заключит Элирию в объятия.