Удовлетворенный проделанной за вечер работой, он отправился спать.
Понедельник в «Клеймеджес» выдался самым обычным. Питер был старшим ассистентом в книжном отделе, обязанностей эта должность влекла за собой совсем немного. Свой список он крепко сжимал в кулаке, а руку держал в кармане, упиваясь ощущением власти, которое это ему давало. Он провел исключительно приятный час ленча в столовой с юной Гвендолин (которая не знала, что он видел, как они с Арчи вместе входят на склад) и улыбнулся вкрадчивому молодому джентльмену из бухгалтерии, когда встретился с ним в коридоре.
Список он в тот же вечер гордо показал Кемблу.
Коротышка-коммивояжер погрустнел.
— Боюсь, тут не десять человек, мистер Пинтер, — объяснил он. — Вы посчитали соседку и ее собаку как одно лицо. Всего вместе получается одиннадцать, что будет стоить дополнительных, — он быстро защелкал карманным калькулятором, — дополнительных семьдесят фунтов. Как насчет того, чтобы выбросить собачку?
Питер покачал головой:
— Собачка еще хуже своей хозяйки.
— Тогда, боюсь, у нас возникает крохотная проблемка. Разве что…
— Что?
— Разве что вы предпочтете воспользоваться нашей оптовой ставкой. Но, разумеется, сэр не будет…
Есть слова, способные сделать с людьми многое, слова, от которых лица алеют от радости, возбуждения или страсти. Одно такое — «окружающая среда», другое — «оккультизм». Для Питера таким словом было «опт». Он откинулся на спинку стула.
— Расскажите, пожалуйста, — сказал он с заученной уверенностью бывалого покупателя.
— Что ж, сэр, — сказал Кембл, позволив себе короткий смешок, — мы можем… хм… поставить их вам оптом, семнадцать фунтов за каждого, за каждую намеченную жертву после первых пятидесяти или по десятке за каждого после двухсот.
— Полагаю, если бы я хотел извести тысячу человек, вы скинули бы до пятерки?
— Да что вы, сэр! — Вид у Кембла сделался шокированный. — При таких цифрах мы могли бы каждого убирать за фунт.
— За один фунт?!
— Вот именно, сэр. Коэффициент прибыли невелик, но его более чем оправдывают высокий оборот и производительность. — Кембл встал. — Завтра в то же время, сэр?
Питер кивнул.
Тысяча фунтов. Тысяча человек. Питер Пинтер даже и не знал столько народу. И все же… есть палаты парламента. Политиков он не любил: они вечно пререкались и спорили.
И если уж на то пошло…
Мысль, поразительная в своей смелости. Храбрая. Дерзновенная. Тем не менее, она пришла и отказывалась уходить. Одна его дальняя родственница вышла замуж за младшего сына графа или барона, или еще кого-то…
По дороге с работы в тот вечер он остановился у маленького бюро, мимо которого проходил тысячи раз, но внутрь никогда не заглядывал. В витрине красовался огромный плакат, обещавший гарантированно проследить ваше происхождение и даже обещавший нарисовать вам герб (если свой вы нечаянно затеряли) и составить внушительное геральдическое древо.
Владелец был очень любезен и в начале восьмого позвонил доложить о результате.
Если умрут приблизительно четырнадцать миллионов семьдесят две тысячи восемьсот одиннадцать человек, он, Питер Пинтер, станет КОРОЛЕМ ВЕЛИКОБРИТАНИИ.
Четырнадцати миллионов семидесяти двух тысяч восьмисот одиннадцати фунтов у него не было, но он подозревал, что, когда речь зайдет о таких объемах, мистер Кембл предложит ему особую скидку.
Мистер Кембл предложил. Даже бровью не повел.
— На самом деле, — объяснил он, — выходит довольно дешево. Понимаете, нам не придется работать с каждым в отдельности. Ядерные боеголовки малой мощности, размещение нескольких бомб в стратегических местах, газовые атаки, эпидемия, несколько упавших в плавательные бассейны радиоприемников, а потом останется лишь «подобрать» отставших. Скажем, четыре тысячи фунтов.
— Четыре ты?.. Это невероятно!
Менеджер по продажам был очень доволен собой.
— Наши агенты будут рады выполнить ваш заказ, сэр, — улыбнулся он. — Мы гордимся, когда представляется возможность обслужить оптового клиента.
Когда Питер выходил из паба, подул холодный ветер, стал раскачивать вывеску. «Не слишком похоже на грязного осла, — подумал Питер. — Скорее уж на бледного коня».
В ту ночь Питер уже погружался в сон, мысленно репетируя свою коронационную речь, когда в голову ему закралась некая мысль, да там и застряла. Никак не желала уходить. А может… а может, он проглядел еще большую скидку, чем уже получил? Может, он упускает выгодную сделку?
Выбравшись из кровати, Питер подошел к телефону. Было почти три утра, но все же…
Его «Желтые страницы» лежали открытыми на том месте, на котором он их оставил в прошлую субботу, и он набрал номер.
Телефон звонил как будто целую вечность. Потом раздался щелчок, и скучающий голос сказал:
— «Душитель и Палач». Чем могу помочь?
— Надеюсь, я не слишком поздно звоню… — начал он.
— Разумеется, нет, сэр.
— Прошу прощения, не мог бы я поговорить с мистером Кемблом?
— Не подождете ли на линии? Я посмотрю, здесь ли он. Питер прождал несколько минут, слушая призрачный треск и шепот, всегда эхом отдающиеся по пустым телефонным линиям.
— Вы еще на проводе?
— Да, я слушаю.
— Соединяю. — Послышалось электронное гудение, потом: — Кембл слушает.