— Он был моим! — закричала женщина, на горле которой зияла прозрачная рана.
— Я знаю.
— Ему нравятся девушки.
— Да, живые.
— Тони!
«Спаси меня».
«Благо многих», — напомнил он себе и снова сосредоточился.
Лампа шлепнулась в его ладонь, и Тони чуть не уронил ее.
— Чтоб тебя!..
— Горячо?
Для мертвой ассистентки костюмерши Бренда была слишком уж полна сарказма. Все его запасы будто остались при ней.
— Ты обжегся?
Странно. Лампа все еще на треть была полна керосина.
— Почти. Спасибо, что спросила.
Трудно было сказать наверняка, поскольку Бренда казалась серым наброском на черном фоне, но, похоже, ответ Тони сбил ее с толку.
— В конце концов победительницей выйду я. Так-то вот!
— Ты мертва. Это не подходит под мое определение слова «победительница».
— Он тоже будет мертв и останется со мной. Мы будем танцевать. Вечно.
— Что? Ты считаешь, будто Ли умрет после того, как тварь меня уничтожит? Все не так просто.
— Проще некуда. Ты позволишь Ли перерезать тебе горло, проломить череп или вырвать сердце и даже пальцем не шевельнешь в свою защиту, потому что это же он.
«Может случиться и такой, третий, вариант».
— Но это не то, чего оно хо-о-о-о-о-о…
Хартли крутанул Бренду, увлекая ее в танце прочь от двери. Ее вопли продолжали разноситься по бальному залу, пока она не растворилась в темноте. Дверь захлопнулась перед носом Тони. Она сделала это сама. Парень к ней не прикасался.
Может, Бренда собиралась выдать ему тайное уязвимое место твари, засевшей в подвале, или хотела поиздеваться, рассказать, что Ли предпочитает есть на завтрак. То и другое казалось Тони равно вероятным. Пусть Бренда и была мертва, но Ли все еще стоял между ними.
«Так же, как она всегда будет встревать между мной и Николасом.
Только у меня с Ли ничего не получалось, блин, потому что актер был натуралом. Несколько случайных поцелуев не в счет. Вдобавок им овладела тварь из подвала. Он вообще перестанет существовать, если я не отнесу лампу в кладовку и не придумаю, как его вернуть».
Тони сердито зыркнул на лампу — ее вина, что спасение Ли откладывается! — и заметил, что фитиль почти догорел.
Два поворота колесика, торчащего сбоку, — и свет снова ярко вспыхнул. Со слезящимися глазами Тони двинулся обратно в кладовую.
«Поцелуи.
Ли, одержимый тварью, засевшей в подвале.
Дерьмо, только не снова!»
Детали событий становились до ужаса знакомыми.
Тони вошел в столовую и краем глаза заметил, как что-то двигалось по полу возле двери кладовой.
Серое, полупрозрачное и кружащееся!
Голова садовника выкатилась из-под стола в круг света и, покачиваясь, двинулась в сторону коридора.
Глаза и уши твари из подвала. Была лишь одна разумная причина, по которой тут находилась голова. Кстати, слово «разумная» могло употребляться лишь с большой натяжкой. Эта штуковина подслушивала, как он собирался освободить Ли.
Тони встал между нею и дверью.
Оно улыбнулось и продолжало катиться.
«Оно? Он? Есть ли род у призрачных голов?
Сейчас неважно… Как же мне не хочется этого делать.
Но выбора у меня нет».
Тони снова нарисовал языком узор на левой ладони и ухватил голову, когда та попыталась прокатиться у него между ног.
— Зев! Вытряхни все из своего рюкзака и принеси его мне! — Вопли помогали парню умерить боль. — Эми! Быстрее, новую помаду! — Хотя и не сильно.
Дверь кладовки распахнулась, грохнула о стену.
— Тони? Какого…
— Твой рюкзак!.. — Сжимая череп садовника, Тони поставил лампу на обеденный стол и подбежал к Зеву. — Он пустой?
Зев посмотрел на рюкзак, болтающийся в его руке, и начал:
— Да, я выкинул…
— Тони, вот! — Эми оттеснила музыкального редактора в обеденную комнату и сунула в свободную руку Тони еще один тюбик. — Это помада Тины!
— Застегни рюкзак и подними его.
Помада оказалась бледно-розового цвета. На черной ткани и такой же пластмассовой молнии символ был хорошо виден. Парню было понятно, почему Эми отмежевалась от этой помады. Пока Эми и Зев удерживали рюкзак, Тони дорисовал последнюю завитушку.
— Открывайте! — Он с силой пихнул голову в мешок. — Закрывайте!
Бока рюкзака вздулись, но символ держался.
— Еще одна часть садовника? — спросила Эми, слегка задыхаясь.
— Да. — Щупальца боли ползли от кисти к плечу. — Думаю… Наверное, она за вами шпионила.
— За нами?
Тони услышал голос Питера и посмотрел на дверь. Похоже, все, за исключением Мэйсона, Мауса и Кейт, столпились в узком проеме и наблюдали за происходящим.