— Они уже именуют меня Охотником порой. Они надеются на меня, хотя и не всегда согласны со мной. А сейчас я просто покину их.
Трим придвинулся к ней поближе, положил руку ей на плечо:
— Они сделали за тебя выбор, ты не вызывалась в Охотники. Табор лишь сложил на тебя обязанности, с которыми они и сами могут справиться.
— Но ман-ман тоже сделала за меня выбор, Трим.
— А чего ты сама хочешь?
Мей и самой хотелось бы знать это. Последние два мрака были пугающе запутанными для нее. Решить этот клубок проблем она сама не могла. Будь с ней рядом отец, он наверняка бы помог ей.
— Я желаю об одном, — придвинувшись к Триму, еле слышно прошептала Мей, будто бы доверяла ему важный секрет. — Найти отца. В мире живых или мертвых — не столь важно. Мне тяжко без него, хоть я и таю обиду на него.
— Ну вот, так и поступим, — воодушевленно произнес Трим, поднявшись с камней. — Отправимся в Истерию искать твоего отца, а потом вернемся сюда. Сойдет?
Мей грустно усмехнулась и кивнула, соглашаясь с ним.
— Сойдет, — повторила она за парнем, хоть и не до конца понимала значения этого слова.
И их разговор окончился молчанием и теплым, чувственным взглядом друг на друга. Они знали, что вместе не пропадут. И этого было достаточно, чтобы почувствовать себя счастливыми в это мгновение.
— Ну-ка-с, ребятки, вон от берега! — громко произнесла Мария, таща в сторону реки громоздкие корзины с украшениями. Трим сразу же спохватился помочь ей, но женщина отскочила от него и вскрикнула: — Я сама! Не мешайтесь тут, идитесь стол готовить.
Мей слегка посмеялась, наблюдая за женщиной. Мария всегда дарила цыганам веселый настрой. И не только своим состоянием духа, но и манерой общаться с другими. Чужачка читалась в ней легко, хотя Мария попала в табор совсем юной. Но никто не требовал от нее иного поведения — все позволяли ей быть собой.
Мей встала, отряхнулась и сразу же направилась в сторону столов. Немного отойдя от берега, она сказал Триму:
— Я благодарна, что мы будем вместе.
— Я тоже, Мей.
Весь оставшийся вечер прошел за душевными беседами и танцами под музыку. Люди позволили себе отпустить обиды, а сумерки, наполненные воспоминаниями, не могли не растрогать каждого из них.
— Как же мы будемсь без тебя, малютка?! — протягивая буквы, кричала Мария и кидалась сразу же обнимать Мей каждый раз, когда вспоминала об ее уходе. Рене и Сайен подшучивали над Мей — обещали прийти свататься, как только она станет знатной леди в Истерии. А Листа, малышка семи зим отроду, не отходила от Мей и просила сыграть в догонялки напоследок.
Когда пришло время прощаться, люди перестали воспринимать уход Мей как что-то плохое. Случившегося не миновать, ведь Боги избирают лучший путь для всех.
— Да пускай оберегают тебя всевышние, — шептала Рахильда, сжимая руки внучки. Женщина подняла голову вверх и обратилась к небесам: — Великий Санктус, убереги дитя мое, даруй ей лучший исход. Проведи ее по тропам судьбы, да найдет она свою истину.
— Да будет так! — вскрикнули остальные цыгане, завершая обращение Старейшины к древним. Рахильда отпустила руки Мей, но лишь для того, чтобы преподнести ей подарок.
— Ключ миров храни у сердца, — Старейшина сняла с себя кулон и надела его на внучку. Такой подарок был оскорбительно дорогим — ключ передавался от Старейшины к Старейшине и не мог быть дарован другим. — Путь он укажет тебе, когда заплутаешь. А домой вернуться захочешь — укажет кратчайшую дорогу.
— Ман-ман, не позволено мне, — осторожно заметила Мей, но женщина лишь улыбнулась.
— Пока жива я, законы могут меняться.
— Благодарю, ман-ман, — Мей широко улыбнулась и посмотрела на следующих желающих попрощаться с ней. То были Рене и Сайен. Парни, как и всегда, глупо улыбались. — Свататься пришли?
— А ты уже стала леди? — усмешливо уточнил Рене, за что получил подзатыльник от брата.
— Мы подарок даровать подошли, — подал голос Сайен и достал из-за пояса небольшой кинжал в кожаном чехле. Мей сразу же узнала его — их отец делал такие. — Времени было мало, но мы вырезали имя твое.
Парень обнажил орудие и хвастливо показал его девушке, чтобы она рассмотрела проделанную ими работу. Только после этого он протянул его Мей. Но не успела она и взять подарок, как юноши обняли ее.
— Возвращайся скорее, — прошептал Сайен и вместе с братом отстранился от девушки.
— Я буду скучать, — с улыбкой ответила им Мей.
Все это время Трим стоял в стороне и наблюдал за проводами подруги. С ним табор не прощался — к его уходам они привыкли, да и были уверенны, что рано или поздно парень вернется в их земли. Однако Матти решила проведать его.