Дворский без стука вошел в столовую и поставил перед дамами чашки с ароматным цветочным отваром. Удивленно взглянув на салфетку для столовых приборов, об которую кто-то умудрился вытереть руки, он едва заметно хмыкнул.
— Оставь нас, Вальсен, — Дарна туже затянула халат с его приходом. Дворский почтительно поклонился и поспешил покинуть комнату, плотно закрыв двери. — Что значит «ман-ман»?
— Бабушка. Вы ее видали на берегу в ту ночь.
— Ах, старейшина ваша. Помню-помню, — когда Дарна поднесла к лицу чашку, заметила жирные пятна на рукаве племянницы. Женщина, цокнув, дернула головой и поставила чай обратно на стол. Пить настроения уже не было. — В столице поговаривают, что Седрик возвратился ко двору не так давно. Да и я сама виделась с ним три луны назад. Мы мило побеседовали с ним о том, как ты поживаешь, а после он обещал вернуться погостить с тобой.
Дарна учтиво опустила многие детали той встречи. Например, как Седрика силой привели к ее дому и как тот долго отрицал, что Мей жива. Но Дарна слишком хорошо знала мужчин, потому Седрик сдался довольно быстро. Приятная беседа, пара стопок алкоголя и капелька угроз сделали свое дело.
Мей отреагировала на эту новость довольно резко.
Ее чашка звонко разбилась на мелкие кусочки. Трим дернулся и подскочил с места, наблюдая, как тоненький ручеек чая водопадом стекает со стола.
— П-правдиво? — запинаясь, спросила девушка. Она приподнялась и невольно начала вытирать столешницу все той же салфеткой. — Проводите меня к нему!
До сих пор Мей боялась думать, что отца схоронили раньше положенного. То было бы очень жестоко по отношению к его душе, да и к людям, которых Охотник обрек на преждевременный траур. Но, с другой стороны, сделали они это по его наказу.
Отчего же он решил скрыться от семьи?
— Не могу, дорогая. Не видела его с тех пор.
Мей рывком перевалилась через стол, даже не пытаясь совладать со своими эмоциями:
— Вы же видали его! Найдите, как и тогда!
Дарна холодно толкнула девушку в плечо. Совсем легонько, но этого было достаточно, чтобы усадить ее на место.
— Прекращай вести себя, как ребенок, — строго сказала женщина, порядком подустав от ее поведения. — Твой отец ушел на тот свет, чтобы укрыться от короны. Если бы его всегда можно было так легко отыскать, то не считали бы вас с ним мертвыми все эти годы.
— Мертвыми? — удивленно повторила Мей. — Так какова же история? Как мы с отцом должны помочь королеве?
— Ей помогать не нужно, — поправила ее Дарна. — Ее нужно свергнуть. Сделать это можешь только ты.
— Как же я?
— Ты ее племянница, Мей. Неужели ты все еще не поняла?
***
Она была высечена из золота: медовая кожа блестела на свету, шоколадные кудри спадали на хрупкие плечи, а янтарные глаза походили на живое солнце.
Ей было не больше двадцати лет. Такой её запомнила Дарна. Такой её нарисовали. Такой её впервые увидела Мей.
Сходство меж ними было заметным. Мей умудрилась перенять от своей матери все выдающиеся черты, но во всем её образе не было того света, что был неотъемлемой частью Мериды. Кожа цыганки была тусклой, глаза темны в отца, а волосы походили на стог сена, что разворошили звери.
— Мерида Кенеа, — после долгого молчания Дарна решила познакомить их. — Бывшая Верховная королева Империи, вторая из рода Кенеа и третья из Харенамских земель. Твоя мать. Была убита своей сестрой Ханной девятнадцать зим назад.
Мей чувствовала, как земля уходит из-под ног, а к горлу подступает тошнота. Она так долго мечтала об этом моменте, когда сможет посмотреть в глаза матери и навечно запомнить ее ушедший облик. Но сейчас она не испытывала ни капли радости. Лишь горечь от потери и сильная обида на тех, кто сотворил и утаил от неё это.
— Для чего?
— Было много причин, — Дарна говорила тихо, медленно, опустив плечи. Она оставалась спокойной внешне, но в голосе изредка прослеживались всхлипы. — Ханна сделала все ради короны. В ту ночь погибли многие: твоя мать, король, вся их личная прислуга и хранители. Погибла бы и я, если бы в ту ночь не сбежала в город. И погибла бы ты, если бы не Седрик.
— Корона превыше жизней? — с выдохом спросила Мей. Руки не дрожали, но кончики пальцев онемели. Точно так же, как в ту ночь, когда отпевали Охотника.
— Превыше, дорогая. Власть и кровь всегда идут рядом, но… Подобного мало кто ожидал. Никто не мог подумать, что Ханна решится на такое.
— Поведай мне все. Мне нужна истина.