— Тебе кто позволил посылать ко мне на квартиру корреспондента?
От этого шипящего голоса у Тутышкина по спине побежали мурашки. Он понял, что его подставили. Вольно или невольно, это другой вопрос. Сейчас было не до выяснения обстоятельств, главное — любым способом отвести гнев первого секретаря райкома партии.
— Какого корреспондента? О чем вы? — произнес неподдельно растерявшийся редактор.
— Ростовцеву, кого же еще? Зачем ты ее посылал?
У Казаркина перестали дрожать руки, он уставился на Тутышкина, как удав на кролика.
— Честное слово, Николай Афанасьевич, я ничего об этом не знаю, — теперь руки начали трястись у Тутышкина. — Я сейчас же разберусь с Ростовцевой, спрошу, зачем она к вам ходила.
— Она не только ко мне ходила, — холодно сказал Казаркин. — Где работает ее муж?
— Летает командиром на АН-2.
Казаркин нервно постучал пальцами по столу. Если муж Ростовцевой летчик, значит, она знает все подробности с аварией вертолета. Но не это страшно. Опаснее было другое. Летчики хорошо зарабатывают, поэтому Ростовцева могла прожить и без собственной зарплаты. А независимый человек — самый опасный. Он не боится говорить правду.
— Ты спроси ее, чего она хочет, — уже мягче сказал Казаркин. — Как бы не выкинула какую-нибудь глупость...
И вот теперь, когда Ростовцева подала Тутышкину заявление об увольнении, он понял, что эта глупость уже совершена. Она наверняка написала об аварии, и главным героем ее статьи будет Казаркин. «Зачем это ей? — подумал редактор. — Ведь она все равно ничего не добьется, а жизнь себе испортит».
— Ты что, на самом деле решила уехать? — спросил Тутышкин.
— А что мне делать? — сказала Таня. — Андрей уезжает переучиваться на АН-24. Сюда он уже не вернется, здесь таких самолетов нет. Куда он, туда и я.
— И все-таки, — Тутышкин снова снял очки, потер пальцами переносицу, близоруко посмотрел на Таню, — скажи мне честно: написала о Казаркине или нет?
— Ну а что это изменит, если даже и написала? — ответила Таня. Разговор с редактором становился ей в тягость.
— Вот и я так считаю: ничего не изменит, — уверенно сказал Тутышкин и, протянув заявление, добавил: — Возьми эту бумажку. Я держать тебя не буду, освобожу, когда захочешь. И проводим тебя всей редакцией по-человечески.
— Пускай останется у вас, — ответила Таня.
— Как хочешь, — Матвей Серафимович пожал плечами и сунул заявление в ящик стола.
Таня вышла от редактора, прибрала на своем столе бумаги и направилась домой. Андрей уже ждал ее. Он вылетал положенные по норме сорок часов в неделю, и ему предстояло два выходных. Они выпадали на субботу и воскресенье. Андрей решил провести их на природе. Таня увидела посреди комнаты набитый вещами рюкзак, рядом с которым лежала свернутая в рулон палатка.
— Ты куда-то собрался? — спросила она, остановившись на пороге.
Андрей схватил ее в охапку, стиснул, закружил по комнате и поцеловал в губы.
— У меня идея, — сказал он, поставив Таню на пол. — Провести уик-энд на природе.
— С каких это пор ты стал так изысканно выражаться? — спросила Таня.
— С тех самых, как снова влюбился в тебя.
— Неужели влюбился? — Таня изобразила на лице наивное недоумение.
— По самые уши.
Таня прижалась щекой к его щеке. Рядом с ним ей было опять так же хорошо, как в первые дни замужества. Таня поняла, что отмолила свой грех, у нее произошло очищение души. Ей хотелось навсегда быть неотделимой частью Андрея. «Чувствовать, что произошла из ребра своего мужа», — подумала она.
Андрей выпустил ее из объятий, отступил на шаг.
— Переодевайся, и поехали за реку, — сказал он. — Я одолжил у соседа лодку.
— А может, мы сначала перекусим? — спросила Таня, уже начиная чувствовать легкий голод.
— Съешь бутерброд в лодке, — сказал Андрей. — За рекой устроим королевский ужин.
Таня быстро натянула спортивный костюм и кеды, взяла в руки палатку. Андрей закинул на плечи рюкзак, и Таня услышала, как в нем тихонько звякнуло стекло. Она посмотрела на мужа, Андрей улыбнулся. Таня поняла, что он приготовил ей сюрприз.
Она была рада затее Андрея. Последние три дня вымотали ее до предела. Разговоры с летчиками, следователем Хлюпиным, Казаркиным, полет в Среднесибирск и даже сегодняшний разговор с Тутышкиным забрали все силы. Тане казалось, что она взвалила на свои плечи непосильный груз. Иногда у нее возникало желание сказать об этом Андрею, но она боялась признаться в своей слабости. Однако Андрей все понял и без ее признания. Поэтому и решил сделать вылазку на природу, которая, как известно, лучший лекарь.