Резко нажав на тормоза, я, под их оглушительный скрип, открыл дверцу машины, взял связанные руки девушки и потянул вниз, помогая сесть. Она, что весьма странно, не сопротивлялась.
Разрезая ночной воздух, слыша безумный стук сердца, я поехал обратно, надеясь, вероятно, лишь на чудо.
… … …
Страха больше не было. Очевидно, останови я машину и поразмысли обо всем случившимся, волнение и ужас могли превысить допустимый для жизни предел. Сейчас я ощущал плавное движение колес, иногда подпрыгивающих из-за большой скорости, и какое-то безграничное и близкое к сумасшествию счастье.
Нас не пытались догнать. Я не знаю, что после нашего исчезновения делали те странные люди, а потому в голову стали закрадываться крайне неприятные предположения, которые не позволяли сбавить скорость.
-Могу я узнать имя? - тихо, но весьма уверенно спросили губы, принадлежащие белому платью.
Внутри меня что-то оборвалось. Я только сейчас понял, что девушка, сидящая рядом, не знала обо мне абсолютно ничего и, наверное, не могла утверждать, что ее спасли.
Что вообще мне делать дальше? Куда мы едем? Я снова проявил свой донельзя глупый героизм и, забыв о здравом смысле, бросился в «огонь».
Сейчас нужно было решать некоторые срочные вопросы, а времени на самокопание у меня, к счастью, не было.
-Рэй,- ответил я и, слыша свой приглушенный голос, обнаружил на лице маску. Когда я успел надеть ее? Как я не задохнулся в ней, так усердно вдыхая воздух и давя на газ в первые минуты нашего «побега»?
Вопросов сейчас было много. Откровенно говоря, больше всего меня интересовало одно: кто же такая, эта девушка в белом платье?
Глава 4
Дорога наша продолжалась в молчании. Несмотря на то, что мне очень хотелось узнать хотя бы что-нибудь о своей спутнице, тишина совсем не была давящей. Какое-то необъяснимое спокойствие я испытывал возле нее, и после всего пережитого нами сегодня о некоторых проблемах думать не хотелось, а многие из них вскоре стали казаться незначительными.
Однако, понимая, что заговорить нужно, дабы обсудить дальнейшие действия, я сказал самую глупую и странную, из всех возможных, фразу:
-Значит, я спас тебя?
О, нет. Неужели, рассказывая столь подробно свою историю, подмечая не самые важные детали, описывая довольно ярко (как мне кажется) все переживания, я мог такое спросить?! На какой ответ мне вообще рассчитывать?! С другой стороны, надо же с чего-то начать…
-Спасибо,- отозвалась девушка. - Я, честно говоря, не знаю, что говорить в подобных ситуациях, хотя это, разумеется, к лучшему. Меня зовут Мелисса. Как я могу отблагодарить вас?
Неприятно кольнуло в сердце. Все-таки было то, о чем я должен был попросить.
-Я развяжу тебе руки. Ты можешь… Прости меня… Можешь не снимать повязку с глаз?
Она лишь коротко кивнула.
Для меня было удивительно, но в то же время радостно, что наш диалог может состояться. Я понимал, что должен узнать кто она, а, главное, откуда, но спросить не решался. Она не может мне доверять. Она не может быть даже уверена в том, что я не преступник, и, очевидно, я не могу спросить ее адрес. Или это необходимо сделать?
-Тебя украли из дома? – все-таки спросил я. Да уж, сегодня я безумно красноречив.
-Нет, я была в лесу, - ответила Мелисса. - Понимаю, это прозвучит странно, но я гуляла. Это безмерно глупо - гулять ночью, но мне так важно было подышать свежим воздухом, ощутить вкус свободы и почувствовать себя…
-Живым.
Я улыбнулся, и, хоть она и не могла увидеть это из-за завязанных глаз и моей маски, я точно увидел ее улыбку, что успокоило меня еще больше.
… … …
Обстановка, если рассуждать здраво, была не совсем обычная и, казалось, совсем не располагала к беседе, но я правда не хотел, чтобы наш путь заканчивался. Мы не видели лиц друг друга, не знали истории, благодаря которым встретились в эту необычную ночь, и не могли с уверенностью сказать, что нам делать дальше, но это не так уж сильно волновало меня и, казалось, не тревожило ее. Куда важнее было прочувствовать настоящее - те минуты, которые я ждал всю жизнь. Не было необходимости подбирать слова, переживать о том, поймет ли собеседник правильно то, что ты хочешь донести, пытаться предугадать реакцию… Я верил, что ей действительно интересно слушать мои рассказы, и она правда начинает доверять мне. Мы разговаривали с ней обо всем и ни о чем, и я впервые за долгое время почувствовал себя обычным человеком.