Глава третья
В машине нас уже ждёт Лу, вместе с няней. Девочка сидит на заднем сиденье, по-турецки сложив ноги, укутанная в небольшой бежевый плед, и в одной руке держит кружку-термос с горячим чаем, а в другой шоколадный батончик с орехами. Лаковые чёрные ботиночки, каких-то совершенно лилипутских размеров, аккуратно стоят вместе на одном из ковриков.Пока брюнетка возится с ремнём безопасности, я тянусь за ещё одним пледом, побольше, что лежит рядом с малышкой. Заметив это, она отдаёт кружку няне и подаёт мне "конверт".– Спасибо, Лучик. – Киваю и слегка улыбаюсь ей.– Зачем это? – Справившись с ремнём, Женя поднимает голову и смотрит на меня так, будто бы я держу в руках невесть что.– Чтобы ты согрелась, дрожишь вся, словно осиновый лист.И укутываю её быстрее, чем она успевает что-то сказать.– Спасибо. – Спрятавшись в плед с носом, благодарит "кокон".– Там в бардочке термос с чаем. Твой любимый — с бергамотом. – Настраивая климат-контроль в салоне, произношу я, не глядя на неё. И так знаю, что серебряные глаза снова превратились в глаза перепуганного тушканчика.Специально вожусь гораздо дольше, хотя настроил всё за пару секунд. Дожидаюсь пока она достанет термос и откроет его, и только тогда выпрямляюсь, оставляя консоль в покое.Краем глаза замечаю, что у Семицветика мелко трясутся руки, и предлагаю:– Давай налью?Она поджимает губы, но всё-таки кивает, соглашаясь, и отдаёт мне термос вместе с кружкой.Наполняю кружку горячей, ароматной жидкостью почти до краёв и возвращаю Жене. Закрываю термос и убираю обратно в бардочек.Жду пока они попьют и согреются, наблюдая за тем, как за окном становится ещё темнее, а взбесившийся дождь вовсю хлестает по стёклам, идя стеной.Да, дорога обратно займёт чуть больше времени. Но мне это только в радость.Не успеваем мы толком отъехать от кладбища, как бросив мимолётный взгляд в зеркало заднего вида, я замечаю, что Оля вместе с няней уснули, обнявшись.Брюнетка, увидев мою улыбку, оборачивается и тут же её взгляд становится теплее, а выражение лица светлеет. Ещё немного посмотрев на дочь, она отворачивается, смотрит вперёд – на трассу, что заливает дождь, и тяжело вздыхает.А через несколько минут поворачивает голову в мою сторону и тихо спрашивает:– Что за мужчина к нам подходил?И наступает мой черёд тяжело вздыхать.Говорить про Неганова мне совсем не хочется, но я обещал ей объяснить, поэтому приходится.– Он был партнёром твоего и моего отца. Они втроём управляли бизнесом.– Странно, я совсем не помню его. – Слегка нахмурившись, произносит девушка.– Он из Москвы, сюда приезжал нечасто. А потом они с твоим отцом поссорились и он вовсе перестал появляться у вас.– А с Таиром Мурадовичем они тоже поссорились? – Семицветик поворачивается ко мне в пол оборота.Сильнее сжимаю руль.– Нет, с моим отцом он не ссорился. Для него бы это стало крахом.Какое-то время девушка молчит, но продолжает смотреть на меня, а затем тихо спрашивает:– А почему ты так к нему относишься?– Как?– Наброситься на него готов. – Она неопределённо пожимает плечами и я ещё раз тяжело вздыхаю. Да уж, точнее и не скажешь.– В последние годы жизни моего отца он постоянно ошивался у нас дома. Всё суетился, лебезил перед ним. А когда отец слег, то заговорил про завещание. – Горько усмехаюсь, вспоминая тот день. – Умный гад, знал, что мне было всего двадцать, я ещё два года должен был учиться в университете и отец особо не преобщал меня к делам компании. Поэтому, обдумав ситуацию, он великодушно решил взять управление бизнесом на себя. Ну, пока я не наберусь мозгов, естественно.– А Таир Мурадович что?В горле появляется какой-то мерзкий ком, горечью отдающий во рту, и я сглатываю, пытаясь от него избавиться.Надо же, двенадцать лет прошло, но я до сих пор не могу до конца отпустить эту ситуацию.– Пришёл в бешенство, послал его куда подальше, тот попытался всё же настоять на своём, ещё раз объяснить, но отец вызвал охрану и Неганова вышвырнули за ворота. – Замолкаю и глубоко вздыхаю, стараясь набрать побольше воздуха в лёгкие. – А через два часа отца не стало. Переволновался, взбудоражился из-за этого урода, и это с его то сердцем...Тяжело."Ты прости меня, сын, что не подготовил тебя и вот так вот сваливаю компанию тебе на голову. Мне всё казалось, что рано ещё, что ты недостаточно готов. Ну а теперь... придётся взрослеть, Марат. Но одно мне пообещай: что никому компанию не отдашь".Я тогда дал ему слово.И слово своё сдержал.Неганов долго ещё кружил вокруг меня – сначала пытался давить, потом решил подкупить, но когда получил в морду и остался со сломанным носом, то отстал.Я не отдал ему компанию, пап. Ни ему, ни кому-либо другому. Теперь она в рейтинге "Fortune 500", а моё имя уже привычно в журнале "Forbes".Ты можешь мной гордится, отец.– Таир Мурадович был бы невероятно горд и счастлив за тебя, Марат. – Словно услышав мои мысли произносит Женя, положив свою ладонь поверх моей и большим пальцем проведя по костяшкам.– Думаешь?– Уверена, Дым. – Она даже пытается слегка улыбнуться.Киваю, благодаря, и сосредотачиваю всё своё внимание на дороге.Надеюсь, ты права, Семицветик.