Мартин наклонился к Питеру.
– Поговори же с ним, – прошептал он.
Два предыдущих выкрика доносились со стороны камина, но в третий раз голос прозвучал возле двери в холл:
– Поганые ублюдки! Вы меня не достанете!
Все замерли, боясь пошевелиться. Смотреть было не на что, поэтому взгляды обратились к Питеру и Дэвиду.
– Тебе не стоило принимать ту вторую формулу, Фредди, – сказал Питер в сторону дверного проёма. – Если бы ты был с нами честен, ничего этого не слу…
– Какую ещё формулу? – громкий рассерженный голос теперь раздавался от окон, выходящих на фасад. – Не принимал я никакой формулы! Я принял грёбаный бесполезный антидот!
– Это не антидот!
– И вы говорите мне об этом только сейчас? Тогда вы сказали, что это антидот!
– Мне очень жаль, Фредди, – сказал Дэвид.
– Мы оба сожалеем, что ввели тебя в заблуждение, – сказал Питер. – Но мы и представить не могли, что ты примешь вторую формулу.
– Вы же сказали, что это антидот.
– Чтобы тебя успокоить, – пояснил Дэвид, а Питер добавил:
– Ты сам это сказал, помнишь? Это была твоя идея: «О, да, укол – это формула, а антидот надо глотать». Помнишь?
– Вы мне солгали.
– Мы сделали ошибку, – согласился Питер, – но и ты поступил неправильно. Ты обещал остаться, но не остался.
– Так что же это было, если не антидот?
– Мы создали две формулы, – сказал Питер, а Дэвид продолжил:
– Ты принял обе.
– Если бы ты принял лишь одну – ничего бы не случилось, – добавил Питер, а Дэвид закончил:
– И ты был бы сейчас прежним собой.
– Не могу поверить… – произнёс бестелесный голос. Казалось, его источник постоянно перемещается по комнате, как лев, бродящий по клетке. – Моя девушка на грани разрыва со мной из-за того, что со мной случилось, и теперь я должен сказать ей, что останусь таким навсегда?
– Полагаю, – заметил другой Уильям, сценарист, – в твоём нынешнем состоянии секс – довольно неординарное занятие. – В его голосе смешалось сочувствие и любопытство.
– Мы выключаем свет.
– Особенно оральный, – задумчиво добавил другой Уильям.
– Фредди, если ты вернёшься с нами в лабораторию, – сказал Питер, – клянусь, мы будем работать над этой проблемой день и ночь. Мы всё своё время посвятим поиску антидота. Уверен, если ты немного потерпишь…
– Я могу хоть сейчас составить предварительное соглашение, – предложил Эдмонд. – Взаимовыгодное, конечно, включающее права на съёмки фильмов и передач, или что-то вроде магического эстрадного выступления…
– Вы собираетесь превратить меня в участника шоу уродов?
– О, нет, речь не о чём-то столь безвкусном, – заверил Эдмонд.
– Тебе ведь понравилась комната с розами, правда? – спросил Дэвид. – Ты не против снова там пожить?
– Дверь можно вернуть на место, – добавил Питер.
– И твоя девушка сможет навещать тебя сколько угодно, – сказал Дэвид.
– А мы будем тебя изучать, – сказал Питер. – Мы предъявим тебя научному сообществу, ивсе вместе будем изучать этот эффект. Уверен, мы найдём антидот в кратчайшие сроки.
– Верно, – подтвердил Дэвид с виноватым видом.
– Вы ведь лжёте, да?
– Фредди, ну а какой ещё у тебя выбор? – придирчиво спросил Питер.
– Могу оставаться таким, какой я есть. – В голове явно звучала бравада. – У меня всё прекрасно, не волнуйтесь.
– Рано или поздно тебя поймает тот мерзкий полисмен, – сказал Дэвид.
– Им известно о совершённых тобой кражах, – добавил Питер.
– Каких кражах?
– Алмазы и меха. Ты не можешь носить перчатки, Фредди, и оставляешь свои отпечатки пальцев везде, где появляешься.
– Что? – бестелесный голос звучал всё более раздражённо. – Невидимые пальцы оставляют видимые отпечатки?
– Боюсь, что да, – ответил Питер.
– Чёрт возьми!
Из ведёрка со льдом поднялась бутылка шампанского, взлетела в воздух и перевернулась вверх дном. Послышалось буль-буль-буль, и все с изумлением увидели, как янтарная жидкость струится по извилистому пути и скапливается в шар, висящий в трёх футах от пола. Бутылка опустилась; проглоченное шампанское колыхалось, словно вода в море.
– Да чтоб вас! – выкрикнул Фредди, и бутылка с грохотом упала обратно в ведро со льдом. – Ну и ушлые же вы типы!
– Фредди, ради твоего же блага, пожалуйста, не уходи, – попросил Питер.
– Мы на твоей стороне, поверь, – сказал Дэвид.
Все следили за ведёрком с шампанским.
– С такими друзьями никаких врагов не надо, – с горечью произнёс голос Фредди. – Прощайте.