Слушатели переглянулись. Ну, не увидим мы его, и что с того?
– Произнеси это слово, Питер! – выкрикнул Роберт. – Скажи это чёртово слово!
– О, ладно! – вскричал Питер, допил свою водку и объявил: – Он невидимка! Понятно вам? Он явился сюда, потому что знал, что мы здесь, и хотел получить нашу помощь, чтобы снова стать видимым. Но мы не могли ему помочь! И он разозлился! У него была, э-э… шайка…
– Питер, – перебил его Дэвид, – не думаю, что один сообщник – это шайка.
– Да мне плевать!
Новоприбывшие, не веря своим ушам и глазам, перешёптывались и засыпали окружающих вопросами, получая в ответ: «Да-да, всё это правда. Человек-невидимка был в этой самой комнате!»
Питер попытался отхлебнуть из пустого бокала, закатил глаза, глубоко вздохнул и продолжил:
– Да, этот парень, Фредди – невидимка. Всё верно. Он был здесь, а потом сбежал неизвестно куда. Мы хотели бы ему помочь…
– О, да, ещё как хотели бы! – воскликнул Дэвид.
– …но не можем и, вероятно, он скрылся с концами. И нам так жаль, что прекрасный дом и владения Роберта и Мартина были так бессмысленно… что всё было так… так…
Питер начал заговариваться, поэтому Мартин встал, оттеснил Питера, повернулся к гостям, слушающим с открытыми ртами, и продолжил:
– Питер с Дэвидом спросили, могут ли они пригласить сюда этого человека, бывшего добровольным подопытным в их эксперименте, и мы согласились, поскольку никто не осознавал – включая Питера и Дэвида – сколько проблем создаст этот тип, когда поймёт, что последствия эксперимента необратимы. Это ужасно его расстроило и, по-моему, всем нам стоит посочувствовать тому, через что он прошёл, несмотря даже на нанесённый им ущерб, тоже достойный сожаления. И вот, вы услышали всю историю; ужин подан и, думаю, мы можем забыть об этом происшествии и перейти к другим темам.
За все выходные не прозвучало ни единого слова на какую-либо другую тему.
– Чудесные выходные, – сказал Дэвид, пожимая вечером в воскресенье руки Роберту и Мартину возле машин на парковке. – Вы так умело справились с ситуацией.
– Ты тоже не оплошал, Дэвид, – заверил его Мартин. – Как и Питер.
Роберт, сопровождая речь хриплым фальшивым смешком, добавил:
– Ландшафт в любом случае пора было обновить. Одни и те же старые фонтаны надоедают.
– Мы всё ещё чувствуем ужасную вину из-за произошедшего, – сказал Питер. – Вы двое всегда были нашими лучшими друзьями, и мне больно думать, что случившееся вобьёт клин между нами.
– Питер, пожалуйста, не переживай больше об этом, – сказал Мартин с милой улыбкой.
Последовали улыбки, воздушные поцелуи, прощальные взмахи руками. Питер с Дэвидом забрались в свой красный «Форд Таурус», кажущийся таким мелким, гадким, плебейским и кричаще окрашенным по сравнению со стоящими рядом автомобилями. Они угрюмо и молча натянули свои яхтсменские кепки.
На обратном пути в город машину вёл Дэвид. Когда они выехали на Карантинную дорогу, Питер произнёс:
– Ох уж этот Мартин… Что за пронырливый тип. И впрямь – нянечка Мартин! Ты его слышал? Роберт хотя бы прямо говорит, что думает.
– Нет, не всегда, – возразил Дэвид.
– Ты понимаешь, о чём я. «Не переживай больше об этом», – передразнил Питер, подражая Мартину. – Ты же знаешь, что это означает. Не переживай, потому что больше ты сюда не вернёшься.
Дэвид вздохнул, но не видел смысла и дальше обсуждать их изгнание из Эдема. Они уже ехали по окружной дороге 14, и Дэвид заметил на обочине останки велосипеда, похоже, угодившего в серьёзную аварию. «Не хотел бы я ехать на том велосипеде», – подумал Дэвид, пытаясь отыскать кого-нибудь, кому было хуже, чем ему самому.
– И теперь вся история выплыла наружу, – пожаловался Питер.
– О, не совсем так, – сказал Дэвид. – Об этом я меньше всего беспокоюсь. Уже сейчас всё это кажется шуткой тем, кого там не было. Они так до конца и не поверят; будут думать, что это ещё одна городская легенда.
– Хотел бы я сейчас увидеть Фредди, – задумчиво проворчал Питер.