было не так, как раньше, когда я хоронил себя внутри нее. Она хотела обладать мной так, как я обладал ею. У меня в животе словно начала закручиваться спираль, я был готов
взорваться, но сдерживался, безмолвно умоляя ее приблизиться к концу. Наконец она
застонала, и я крепко схватил ее за бедра. Вдалбливаясь в нее снизу, я взял контроль на
себя. Она громко закричала, и я кончил вместе с ней, выкрикивая ее имя.
Как только стихли наши крики, мне захотелось услышать их снова. Стелла упала
на меня, наши сердца бешено стучали, наслаждение разливалось по телу. Были слышны
только звуки нашего тяжелого дыхания. Я прижал ее к себе еще крепче, не желая
отпускать никогда.
— Я действительно рада, что все разъехались. Мы бы точно перебудили всех, кто
спал в доме. — Она засмеялась, уткнувшись носом мне в шею.
— Я тоже, детка. Как думаешь, мы могли бы провести интервью по телефону, вместо того чтобы покинуть домик сегодня?
— Нет, но запомню на будущее. После такого безумия нам следует провести здесь
хотя бы несколько дней перед отъездом. Я совершенно уверена, что буду смешно ходить, и все догадаются почему.
— Я понесу тебя на руках. Только скажи, и я к твоим услугам в любое время.
— Знаешь, Макс, я тебе верю и за это люблю еще сильнее.
— Это очень хорошо, потому что я, полагаю, достиг своего предела. Сильнее
любить просто невозможно.
Ее губы накрыли мои в медленном и сладком поцелуе, прежде чем у меня появился
шанс сказать что-нибудь еще. В моей душе все вибрировало, и так продолжалось с тех
пор, как я впервые встретил ее. Пора разобраться во всем этом дерьме, что творится
вокруг нас, чтобы я, наконец, смог заняться претворением своего плана в жизнь.
Глава 27
Стелла
Заметив ее приближение, я нацепила на лицо милую улыбку.
Дени Воттс, местная журналистка, золотая девушка, выглядевшая на миллион
баксов, сейчас направлялась в нашу с Максом сторону.
Она была для меня одним из тех контактов, который я использовала в качестве
палочки–выручалочки, если одному из важных клиентов был нужен эфир. И она также та
самая сучка, которая готовила репортажи о скандале, разразившемся вокруг моей
персоны, и намекнула, что моя фирма не была способна решить проблему с проектом
«JOS», и что наши с Максом отношения привели к смещению власти в компании.
Меня не заботило, насколько неудобно ей было находиться перед камерой, но у нее
была возможностью видоизменить историю и исключить лишние детали. Именно
поэтому, она не будет вести наше интервью, ни при каких обстоятельствах.
— Стелла, — она потянулась, чтобы обнять меня, но я тут же пресекла это, протянув ей руку.
— Дени.
— Я слышала, что ты приедешь сегодня, и сказала своему боссу, что произошла
ошибка, и тебя совершенно не устроит, если кто-то другой кроме меня будет освещать
вашу историю, ведь мы дружим уже столько лет. Мы расположились в задней студии и
готовы начинать.
Она представилась Максу, и он холодно кивнул ей. По его сжатым челюстям я
поняла, что он хочет что-то сказать, но ждет моего решения.
— Дени, я специально просила, чтобы интервью провела Элли.
— Ну, этого не будет. Она не готова проводить интервью такого уровня, а я в этом
деле лучшая.
— То есть, ты пытаешься сказать, что Элли отказалась работать со мной и Максом?
— У нее не было выбора. Она понимает, что эта работа для более опытного
журналиста.
— Правильно ли я тебя поняла: Элли не станет проводить сегодняшнее интервью с
нами? Твой босс понимает, что я просила приехать конкретно ее?
— Да, Стелла, разумеется. Также ему известно, что я лучше подготовлена и
обладаю большим опытом, чтобы работать с гостями такого уровня.
— Плохо, — прервала я ее и протянула руку Максу. — Дорогой, мы приехали сюда
совершенно напрасно. — Мы развернулись, собираясь уйти.
— Подождите! Вы же не серьезно! Вас больше устроит какая-то репортерша
вместо меня? Она жалкая сочинительница! Концерты, премьеры фильмов, местные
события — это она еще потянет, но вам нужна именно я.
— Нет, именно ты меня и не устраиваешь. Либо Элли, либо никто. Кажется, я
выразилась предельно ясно.
На лице Дени отразились ужас и смущение.
— Послушай, Стелла, мне жаль, что расстроила тебя, но я всего лишь выполняла
свою работу.
— Я не расстроена. Я в бешенстве! И это огромная разница. Будь ты настолько