опытным журналистом, каким себя считаешь, тебе хватило бы такта и уровня подготовки, чтобы во время своего репортажа об обвинениях в мой адрес не использовать любую
возможность, способную разрушить мою карьеру. Со мной пытался связаться
практически каждый журналист в этом городе. Все хотели получить мои комментарии к
сложившейся ситуации, но только не ты. Звонил лишь твой помощник. На этом закончим.
Всего хорошего!
— Подождите!
Я повернулась к ней и увидела слезы в ее глазах.
— Я приглашу для вас Элли. Она ждет.
— Ты та еще штучка! Думала, я поверю в твою маленькую сценку «Кто здесь
хозяин»? Ты вообще знаешь меня?
— Мне это необходимо, Стелла. Если из-за меня канал потеряет это интервью, меня просто уволят. Пожалуйста, не уходите, — взмолилась она.
Я кивнула и посмотрела, как она медленно удаляется.
— Это было горячо, — прошептал Макс, нежно целуя меня в шею.
— Думаешь?
— Эмм...
— Мы можем сказать Джейку, что я тоже задира?
В его глазах вспыхнула ревность, но он улыбнулся.
— Да, детка, мы можем ему об этом сказать. Не уверен, правда, что он нам
поверит. Он убежден, что твой характер напоминает сахарную вату.
— Ну, теперь у нас есть история, которая говорит об обратном. Не люблю, когда
меня обманывают.
— Я заметил.
Я хотела сказать кое-что еще, но увидела, как к нам приближается Элли. Она
слегка нервничала, но все же держалась как настоящий профессионал. Улыбаясь, она
выглядела искренней и благодарной. Мы обменялись любезностями, и она пригласила нас
пройти в студию, где ожидала съемочная группа. Нам с Максом наложили грим, и Элли
ознакомила нас с перечнем своих вопросов. Макс прочистил горло, и она коротко кивнула
ему, но не стала ничего уточнять.
Как только мы расположились рядом с микрофонами, я занервничала, поскольку не
очень-то люблю находиться по эту стороны камеры. При необходимости выступить с
заявлением от лица клиента, я обычно делаю это в электронном виде или по телефону.
Когда в комнату вошли Крис, Дана, Лейси, моя мама и Сара, нервы были уже на пределе.
Элли не дала мне шанса что-либо узнать, так как сразу начала интервью. Эфир
планировался на вечер, поэтому времени оставалось очень мало.
Мы с Максом давали одинаковые объяснения относительно подозрений и
обвинений, решив отвечать просто и по существу, не называя имен тех, кто замешан в
этом деле. Коснувшись вопросов о «JOS», рассказали о завершении первой половины
нововведений на фабрике. И когда я решила, что мы уже закончили, глаза Элли
неожиданно загорелись, и она повернулась к Максу.
— Макс, есть особая тема, которую Вы хотели обсудить сегодня. Она связана с
общественным центром в Южной Америке, с которым вы весьма тесно сотрудничаете.
— Да, Стелла показала мне центр в том районе, где расположена фабрика. Он
оказался совершенно непригодным для общины и жителей. В его усовершенствование
было вложено немало денег и человеческого труда. Добровольцы полностью переделали
одно крыло и обустроили там полномасштабную библиотеку со всеми технологическими
достижениями.
У меня округлились глаза, и я забыла, что нахожусь перед камерой. Макс наградил
меня хитрой улыбкой и продолжил:
— Стелла стала неотъемлемой частью всего этого, и члены правления решили
назвать ее «Библиотекой для обучения имени Салливан».
Удивление, шок и абсолютное неверие накрыли меня с головой за одно мгновение.
Я смотрела на него, широко раскрыв глаза, и он взял меня за руку.
— Детка, ты известна по причине, по которой действительно заслуживаешь.
— О, Господи!
Мои глаза устремились в сторону, где тихо танцевала Лейси.
— Ты не шутишь?
— Нет.
Как бы ни пыталась сдержаться, одна слезинка скатилась вниз по щеке, и я
всхлипнула.
— Не могу в это поверить.
— Это еще не все, Стелла, — продолжила Элли. — Мне удалось узнать, что один
из благотворительных проектов, который вы создали, получил финансирование на
ближайшие два года. Эти средства из анонимного источника близкого к «Hurst & McCoy».
Также он будет полностью финансировать программу «Остаемся в школе», которая
создана для детей, чьи семьи нуждаются в деньгах.
Мое сердце пропустило удар, а потом понеслось вскачь. Эти перемены значили для
меня больше, чем все остальное. Такие дети как Педро получат шанс спокойно окончить
школу вместо того, чтобы беспокоиться о своих семьях. Когда я перевела взгляд на