свое решение о переезде Эрики. Однако, столкнувшись с вопросом о ее возвращении к
ним с Ритой, он тут же согласился, что ей необходимо подыскать свое отдельное жилье.
Он неоднократно интересовался направлением, которое разрабатывает для нас
«Sullivan PR», и я скармливал ему лишь крохи информации, только чтобы отделаться от
него. По большей части причиной этому служило то, что эта информация касалась
финансовых вопросов. Его не интересовали благотворительные мероприятия, которые мы
запланировали для местных сообществ.
Перспектива в Нью-Йорке была связана с интересными медицинскими объектами.
На одной из наших закрытых встреч их директор выразил намерение обсудить
восстановление «JOS», как только план станет обнародован. Это стало бы удачей для
обеих наших компаний при условии, что мы решим действовать сообща.
Работая со Стеллой, я мысленно возвращался к тому, каким был раньше. Я любил
работать над проектами и предугадывать те мельчайшие детали, которые могут привести
к их успеху. Когда я занимался только международным правом, компания специально
отправляла ко мне всех проблемных клиентов, которым требовались значительные
изменения в их организациях. Это была большая и трудная работа, но конечный результат
приносил мне чувство удовлетворенности. Сегодня я еще раз убедился, как сильно мне
этого не хватаеет.
Стелла вернулась в комнату, держа в руке свой телефон, и улыбнулась мне.
— Мы готовы к завтрашнему дню?
— Все устроено.
— Поедем куда-нибудь ужинать?
— Нет, хочу поужинать здесь, а затем растянуться на диване, который мне так
полюбился.
— Звучит отлично. Я приготовлю для нас что-нибудь.
Прежде чем она успела открыть холодильник, я поймал ее запястье и потянул на
себя, загнав в ловушку своим телом.
— Ужин уже в пути. Сегодня вечером никто не будет готовить и убирать.
— Тогда чем же мы займемся?
— Мы поедим, отдохнем, а потом пойдем в кровать. Припоминаю, что ты недавно
говорила что-то о том, как не хочешь пропустить момент, когда я останусь без одежды.
Сегодня у тебя будет такая возможность.
Стелла задрожала в моих руках и, улыбнувшись, произнесла:
— Жду с нетерпением.
Я обнял ее, чувствуя тепло ее тела в своих руках, и подумал о том, что мы вместе
собираемся сделать. И от этих мыслей всего меня переполнило чувство гордости. Мне
хотелось никогда ее не отпускать. Эта мысль оставила отметину в моей душе: не имеет
значения, что произойдет в следующие недели или месяцы, я никогда ее не отпущу.
Глава 11
Макс
Всю безмятежность, которую я ощущал вчера вечером, словно ветром сдуло, стоило только войти утром в офис. Дана встретила меня прямо у лифта с серьезным
выражением лица, которое свидетельствовало о том, что что-то произошло. Мы прошли
прямиком в мой кабинет, минуя зал заседаний. Когда мы проходили мимо, все
присутствующие повернули головы в нашем направлении и резко прекратили разговоры.
Я гордо расправил плечи и нацепил непроницаемое выражение на лицо. Что бы ни
происходило, очевидно, именно эту тему все и обсуждали.
Дана закрыла за нами дверь в кабинет и повернула ключ.
— Что, черт возьми, происходит?!
— Я слышала, Эдвард созвал экстренное заседание совета директоров. Он заставил
их беспокоиться, распустив слух, что ты нанял мелкую неопытную фирму для устранения
нашей проблемы и хочет, чтобы они сегодня же приняли решение о необходимости
отказаться от предложенного ей проекта и найме международной группы, которая и будет
курировать «JOS». Он заставил айтишников носиться словно сумасшедших, поручив им
обеспечить зал заседаний всем необходимым, и потребовал копию сегодняшней
презентации. Также, через своего секретаря, он передал, чтобы ты дождался, когда он
приедет.
— Вот мудак! — услышанное привело меня в ярость, и я с силой хлопнул руками
об стол.
— У меня плохое предчувствие по этому поводу, Макс.
— У меня тоже. У Эдварда однозначно есть какой-то запасной план. Я совершенно
спокоен по поводу подготовленной нами презентации и проекта. Меня действительно
заботит, что он предпримет, когда его намерения все разрушить с треском провалятся.
Думаю, у него есть туз в рукаве.
— Согласна с тобой.
— Что ж, этот придурок жестоко ошибается. Он захотел грязной игры, и теперь
мне придется его раздавить. Сейчас позвони, пожалуйста, Стелле и сообщи, что мы