Николай обнял ее и что-то шепнул на ушко. Она засмеялась.
– Хорошо, что ты пришел к нам из дыры, Миша! – сказал он мне радостно. Такой счастливый год будет. Одно твое появление принесло нам столько удачи! Я едва не подумал, что кто-то ненароком принес жертву Аухбу!
Мужчины загоготали, как над хорошей шуткой. А я побледнел.
– А если кто-то действительно принесет жертву Крабу, а потом пожалеет. Можно ли как-то… все отменить? – спросил я.
Сердце пульсировало при этом у меня прямо в висках.
– Можно, – опять посерьезнел Николай. – Тогда тот, кто все затеял, должен снова вызвать краба и отдать ему себя на съедение. Заживо. Так сделал наш Прародитель много лет назад.
Я наплел что-то невнятное Николаю и Вове, оставил Джима в тепле под лавкой и выбежал на улицу. Снег все так же медленно и очень красиво кружился, падая на разгоряченные счастливые лица людей, обменивающихся новостями на торговой площади. На мгновение я закрыл глаза, почувствовал прикосновение колкого зимнего воздуха к лицу. Открыл. Увидел еще двух румяных пузатых молодых женщин в ярких платках. Одна из них держала за варежку девочку лет трех. Неужели им предстоит родить детей с душами морских чудовищ?
И я побежал.
Я бежал назад, к домику на берегу моря. Я точно знал, что я должен сделать.
Внутри было темно и чисто, словно море за прошедшие часы слизало следы кровавого пиршества Краба. На прежнем месте я нашел спички и сухие дрова. Разжег в священном камине огонь и лег на ложе…
Конец