телевизоров на всю Россию, поэтому оба молча отвели глаза, чувствуя полную правоту Анто на…
Наше восхождение закончилось внезапно. Макар опёрся руками на очередной камен ный выступ и вдруг очутился среди зелёных колючек с мелкими оранжевыми цветочками среди остроконечной листвы. Он подал мне руку и я мигом взобрался на плато. Антона мы вытянули к себе уже вдвоём.
— Ну и где база Жан-Жака? — спросил я, поглядывая по сторонам.
Насколько видел глаз, вокруг простиралась унылая каменная пустыня без единого намёка на жильё. Кое-где змеились трещины и темнели зигзаги расщелин, обрамлённых редкой зеленью. Я не художник, но сочетание жёлтого камня и изумрудной ратсительности по их краям будоражило воображение.
— В том-то вся и фишка! — бодро отозвался Макар, поводя рукой по сторонам — Жан-Жак соорудил своё логово не на самом плато, а на дне одого из самых глубоких каньонов.
Антон присмотрелся и указал в центр каменной пустыни.
— Вижу краешек верхушки белоснежного купола. Смотрите, он торчит из пропасти посреди скал, словно острый кончик яйца птицы Рух из сказки про похождения Синдбада-морехода.
— Это и есть "Приют пилигрима" нашего друга! Купол что? Вся остальная часть базы-башни прячется много ниже. Пошли быстрей! — поторопил нас Макар.
Не стоит рассказывать о наших последующих мытарствах. До обозначенного ориен тира визуально было где-то с пол-километра, но это расстояние для нас вылилось в целый день пути по пересечённой местности, да ещё под лучами испепеляющего солнца. Оно уже клони лось к чётко обозначенному горизонту и успело наполовину спрятаться за край плато, когда по камням протянулись длнные тени и мы вдруг очутились на краю долгожданного каньона, из ко торого вырастало башенноподобное строение Жан-Жака.
Я снова обернулся и увидев близкий обрыв с кустами, от которого мы отошли пару часов назад, только молча сплюнул: будь оно всё неладно!
Глава 39. "Приют Пилигрима"
Всё учёл наш новый друг, даже вырубил в стене каньона крутые ступени, ведущи вниз. По ним мы и спустились к основанию базы. без риска сорваться с полукилометровой высоты
и разбиться насмерть.
Фундамент башни вопреки моим предположениям оказалось квадратным. Высокий,
мощьный, сложенный из обработанных кубов известняка, он не имел ни малейшего намёка на вход. Мы обошли его дважды, пока зоркий Антон не остановил нас и не указал на прямоуголь ный блок в рост человека, стоящий на "попа" и потому резко отличающийся от остальной, "ле
жачей" кладки. К тому же к этому месту вела натоптанная тропка.
— Вот он, вход!
Мы с Сергеевым недоверчиво осмотрели и ощупали блок, но ничего похожего на входную дверь не обнаружили. Монолитная стена убивала своей однообразностью.
— Достали меня уже все эти заморочки. Макар, ты как? Что там тебе говорил Жан-Жак про дверь? Помнишь? — спросил я.
Сергеев подобрался, глаза его хищьно засверкали в наступавших сумерках.
— Не боись, командир! Если это и впрямь дверь, то мы её вмиг откроем…
Он вытянулся на цыпочках перед стеной и громко крикнул в правый верхний угол предполагаемого входа одно лишь слово:
— Жак!
Прямоугольник в стене вдруг дрогнул, оторвался от связующих блоков, уползл во внутрь и затем бесшумно скользнул вверх. Перед нами появился долгожданный проход в баш ню. За порогом открывался ярко освещённый вестибюль с мозаичныцм полом и мраморными псевдоколоннми, стоящими полукругом. За ними слабо просматривались ступени ведущие куда-то наверх. Вдоль стен-картин, расписанных яркими красками, стояли китайские наполь ные вазы в рост человека, полные благоухающих цветов. Из вестибюля пахнуло живительной прохладой и неземными ароматами.
— Прошу, господа! — раскланялся Макар в сторону проёма.
Антон подтолкнул меня в спину и я первым переступил порог, словно нырнул в бас сейн, наполненный до краёв амброзией, о которой не имел ни малейшего представления. Друзья моментально очутились за моей спиной и каменная плита автоматически стала на место. Отступать теперь нам было некуда. Мы спокойно отреагировали на это: для излишних волнений причин не наблюдалось. Я на всякий случай вскинул лучемёт и повёл стволом по стронам. Однако в вестибюле стояла кромешная тишина…
Внезапно откуда-то с потолка раздался "жестяной" голос, искажённый мембраной громкоговорителя:
— Стойте, где стоите! Ни шагу дальше! — выкрикнул некто…по русски! — Отвечайте, кто вы и зачем явились сюда? Иначе буду стрелять!
Мы так и сели!
— Вот чорт! — выругался Макар, — Жан-Жак не говорил, что на базе кто-то есть…
— Этот "кто-то", — прошептал Антон, — срисовал нас ещё на подходе к башне! Иначе откуда ему знать язык нашего общения?
Мы помрачнели. Ситуация складывалась неопределённая, явно не в нашу пользу.
— Говорил — не говорил, — сказал я, — а отвечать надо! Чувак чего доброго с перепугу и впрямь
нас обстреляет…И где он, гад, только прячется?
Невидимый собеседник выбрал надёжное укрытие — мы его так нигде в вестибюле и не увидели. Скорее всего он засел на верхних этажах и общался с нами посредством переговор ного устройства. Макар шагнул в центр вестибюля и обратился к потолку:
— Послушайте, уважаемый, мы — друзья Жан-Жака и пришли сюда погостить по его приглаше нию… Понимаете? Он разрешил нам отдохнуть в его башне, развеяться, знаете ли…
— Не знаю и знать ничего не хочу! — грубо отрубил незнакомец, — Если вы его друзья, то назовите пароль!
Мы с Антоном немедленно уставились на Макара. Тот фыркнул, развёл руки и нагляд но вывернул карманы своего костюма:
— Нет у меня никакого пароля! Видите? Про пароль Жан-Жак не обмолвился ни словом!
— Ах, у вас нет пароля? — проскрипел голос, — Тогда молитесь, нечестивцы! Сейчас с вами заговорит моё оружие!
Я встал рядом с Макаром, направляя ствол лучемёта на малейший шорох и крикнул:
— Постойте, любезный! К чему тратить ваш боекомплект на таких как мы? Давайте не будем горячиться, проявим разум и поговорим как цивилизованные аборигены, может и разрулим наши непонятки?
В ответ раздался явный смешок. Будто незнакомец прыснул от смеха, но вовремя зажал рот ладошкой. В этот момент к нам присоединился Антон, который остановил моё красноречие жестом и раздельно проговорил:
— Не стреляйте! Вот вам ваш пароль!
И он выдал речугу на незнакомом языке, ту самую, которую недавно предьявил Жан-Жаку.
В вестибюле на мгновение повисла зловещая тишина. Затем по мрамору простучали быстрые шаги и из-за колонн в вестибюле появился…улыбающийся Жан-Жак собственной персоной!
Мы так и ахнули! Но вскоре скумекали, что это был не он сам, а андроид с его лицом и фигурой. Робот подскочил к нам с поклонами, удерживая на правой руке круглый поднос с бутылкой шампанского и наполненными бокалами.
— Прошу, господа! С удачным прибытием в "Приют пилигрима!"
— Так вот кто мариновал нас на пороге! — воскликнул я принимая шампанское и искоса огляды вая андроида. Тот ничуть не смущаясь весело зубоскалил и балагурил напрополую:
— По маленькой, господа!…Кум немного пьяненький, давайте на них оденем хомуты!
Мы дружно осушили бокалы. Шампанское оказалось великолепным и достаточно охлаждённым.
— Вы, как я понимаю, — сказал Антон причмокивая последние капли, — здешний мажордом?
— Да, вы угадали, господин, я и мажордом, и прислуга, и техник-смотритель, и охранник. Всё в одном флаконе. Таким меня создал хозяин Жан-Жак. Короче, я — добрый Дух этой базы.
— Добрый, а собирался нас испепелить! — проворчал неотходчивый Макар.
Андроид задорно расхохотался.
— И вы поверили? Да Бог с вами! Я и козявки не обижу.
Тут уж возмутились все мы.
— А как тогда понимать ваши недавние угрозы?
— Да бросте вы, господа! Я робот-прислуга, а не боевой аналог. Мне оружие запрещено программой… — андроид ловко наполнил опусевшие бокалы по новой. Мы опять дружно выпили.
— Зачем тогда требовал от нас пароль? — продключился к допросу захмелевший Антон.