— В принципе, попробовать можно, — почесал я нос. — Через месяц обещают закончить все работы в офисе и можно открываться. Так что за это время нужно, чтобы клуб был полностью готов к открытию. Как племянника зовут?
— Петя, — явно повеселел Палыч. — Петр Сергеевич. Ему тридцать два года, не женат, детей нет. Ну а что касается оружия, так кое-чего понимает.
— У меня будет встречная просьба, — немного пригасил я его радость.
— Ну, — пожал он плечами, — помогу, чем смогу. Чего уж теперь.
Я же задумался, как вывалить на него свои хотелки, чтобы, значит, не напугать. А то Палыч человек в прошлом сильно военный, может и не понять.
— Нужно боевое оружие и боевые патроны, — решился я, наконец. — АК-74М, Винторез, Вал. Это так, для примера, но очень уж хочется. Как и боевые патроны с подствольниками и вогами. Только сразу санитаров не вызывай, сам всё понимаю.
— На кой, прости господи, тебе это всё сдалось? — Палыч явно впечатлился, если не сказать больше. — Нет, Юр, что-то мне твоя просьба совсем не по нраву. ЧВК? Разбой? Зачем это всё?
— Ни то, ни другое, — сморщился я. — Пока всей правды сказать не могу, но ничего противозаконного.
— Ну, вот когда сможешь, тогда и поговорим, — хмуро закончил Палыч. — Тебя явно куда-то не туда понесло.
— Эх, если бы, — вздохнул я. — Ладно, забыли. Давайте, тогда, Петю своего завтра к вечеру отправляйте ко мне домой. Там с ним и поговорим.
Как бы на этом наш разговор и закончился. Я не хотел давить, ну а Палыч, явно ощущал себя должным за племянника. В общем, дальше посмотрим. Возьму этого Петю на работу, а там, глядишь, и слово «должен» будет иметь более серьезный вес.
Остаток дня решил провести в спортзале. Хотелось и с пользой, но чтоб, ни о чем не думать. В Питер ехать один хрен только через четыре дня, так что это окно нужно было чем-то занять.
Вообще я не любитель тягать тяжести. Предпочитаю работу с собственным весом, но сегодня решил убить мышцы в хлам. В таком состоянии у меня нет сил даже думать. И именно этого я хотел добиться.
Стандартная разминка растянулась аж на сорок минут. Сам не заметил, как пролетело время на беговой дорожке. Красивые пейзаже на мониторе перед ней помогали отвлечься. Ну а после понеслась какая-то неведомая хрень. Нет, в один момент я не стал суперменом и не стал тягать тяжести сверх своего веса. Привычные килограммы, только вот усталости не было. Точнее не так. Она была, но стоило мне перевести дух на протяжении пары минут, как тело было готово повторить. И я повторял. Подход за подходом. Раз за разом, продлевая эту затянувшуюся тренировку.
— Мужик, ты на чем? — в какой-то момент ко мне подошел местный инструктор.
Парень лет двадцати форму имел, как по мне, гипертрофированную.
— На энтузиазме, — хохотнул я, поймав непонятный кураж.
Жим лежа сто килограмм пятнадцатый подход на десять повторений. Перерыв между подходами семь минут. Странно это было. Ты просто идешь и делаешь. Знаешь, что сможешь, но не веришь. А когда вывозишь, мыслей и правда не остается. Только мимолетные взгляды на кольцо.
Уходил я со смешанными чувствами. Четыре часа позади, тренировка такая, что завтра вообще не встану, но усталости почти не было. Под конец она всё-таки появилась, но такая далекая, словно и вовсе кажется. А вот утром, проснулся лишь к двенадцати и с диким голодом. Правда, на это лишь отмахнулся, тогда, как отсутствие боли в мышцах поставило в тупик.
Весь день я провел в ожидании, когда вот-вот смогу ощутить знакомый всем спортсменам момент сладостной ломоты в мышцах после хорошей тренировки. А вчера она у меня была не просто хорошая, а нереальная. И, казалось бы, сегодня мне только умирать, но нет. Тонус тела на высоте, чего не скажешь о мозгах.
Ближе к пяти вечера ко мне домой пришел Петр. Племянник Палыча мужиком оказался решительным и где-то даже суровым. Внешний вид этакого братка из девяностых. Лысая голова, глубоко посаженные глаза и явный след качалки. Мужик ростом был на полголовы выше меня, а килограмм в нем явно под сто двадцать. Но всё это буквально терялось, когда он заговорил. Я аж когнитивный диссонанс словил. Вежливый, спокойный мужчина, даже, слегка робеющий. Не было в нем ни напора, ни даже тени агрессии.
Разговор наш затянулся на целый час. Под чашечку кофе пробежались по основным моментам того, чего я хочу добиться. Петр, а Петей его назвать язык не поворачивался, задавал много уточняющих вопросов. Ну а некоторые мои ответы даже записывал в небольшой блокнот.