Я все рассказала. Естественно. У нас и так туча проблем, зачем создавать новые, скрывая столь важные факты? Если честно, я надеялась, что мужчины, не раздумывая, решат его прикончить, но нет. «Пусть живет. Пока что», – вот, что они сказали.
– Он говорит о том, что может все рассказать шерифу так, – Фред берет со стола газету, расправляет ее, еще раз пробегаясь глазами по тексту, – словно хорошо его знает, – поднимает на нас взгляд. – Может, так и есть? – пожимает плечами.
– Тогда он нам нужен, – едва не давлюсь воздухом, ошарашенными глазами глядя на старшего. Что-что, простите? За кой нам этот придурок? – Ну, сама подумай, – Крэй вздыхает, начиная пояснять, пока я рассерженно смотрю на него. – Через него можно было бы узнавать о том, что выяснили копы, легче было бы избегать столкновений с ними. Ты же знаешь, что, когда вмешивается полиция, ситуация усложняется в разы.
Опускаю голову. Он прав. С полицией все сложно, поэтому мы и не можем допускать, чтобы возникали ситуации, как данная. Снова и снова возвращаюсь мыслями к эпизоду в переулке. И снова и снова прихожу к выводу, что у парня не все в порядке с головой.
– Выходим сегодня в одиннадцать. До этого момента нужно еще раз все проверить. На всякий, – Крэй пожимает плечами. Мы с Фредом соглашаемся с ним кивками. А что нам остается? Теперь мы можем только ждать и собирать любую информацию, которая подвернется. Рано или поздно тварь вернется к месту своего захоронения. Главное – не проморгать этот момент.
Фред приносит спортивные сумки.
Лежу на кровати. Кручу в руках небольшой нож, поочередно надавливая острым кончиком на огрубевшие от частого контакта с металлом подушечки пальцев. Давлю на кожу, но не протыкаю. Просто впитываю ощущение, как постепенно тупая боль от нажатия сменяется острой и колющей. Сейчас около семи вечера. Ожидание невыносимо. Вздыхаю, подняв глаза к потолку. Это дело казалось таким простым. Отыскать захоронение, разрушить его, пробудив тварь, и убить ее. Это же самый простой призрак, ничего сложного! Снова вздыхаю. Кто ж знал, что все так обернется? По планам мы уже должны были быть в Бруклине. Оттуда не поступало конкретных заказов, но часто находилась информация о «необъяснимых» происшествиях, так что мы рассчитывали скоро там найти работу. Да и надоели уже эти Богом забытые городишки, как бы они не были хороши малым числом жителей.
Слышу быстрые шаги на лестнице. Вернее, отвратительный скрип, но в данном случае это одно и то же. Шаги в коридоре. Громче. Поворачиваю голову к двери ровно в тот момент, когда ручка опускается, и в комнату без стука просовывается голова младшего. Сажусь на кровати, засовывая оружие в карман кофты на молнии. Фред взволнован.
– Сэм, бегом вниз, – и скрывается в коридоре, так что мне приходится встать и пойти за ним. Тело еще немного деревянное от долгого пребывания в одной позе.
На кухне застаю Фреда и Крэя. Оба мужчины стоят у стены рядом с окном, выглядывая из-за тонких занавесок. По стеночке подхожу к Крэю, встав за его спиной. Он поворачивает голову, чуть отодвигается, давая мне подойти к окну, заняв его место. Осторожно выглядываю на улицу. У соседского дома стоит полицейская машина. Удивленно вскидываю брови, поворачивая голову к мужчинам. В груди густой клейкой субстанцией расползается страх. Он, этот псих… сказал? Он вызвал копов? Видимо, мужчины прочитали в моем взгляде беспокойство, ведь Крэй отрицательно машет головой, а Фред поясняет:
– Приехал минут пятнадцать назад. Мужчина открыл дверь своим ключом. Где-то через десять минут пришел парень. И тоже отпер дверь своим ключом, – младший приподнимает брови, глядя на меня так, словно я должна достроить логическую цепочку его рассказа. Но я щурюсь, показывая, что не понимаю, к чему мне эта информация.
Крэй вздыхает:
– Они, скорее всего, родственники.
Еще с минуту обрабатываю эту информацию. А эти двое выжидающе смотрят на меня. Кидаю на них неверящий взгляд. Да ладно. Они же не хотят, чтобы я в самом деле…
– Нужно соглашаться, Сэм, – старший смотрит на меня из-подо лба, произнося данное безумие с плохо скрытой опаской в голосе. Я хмурюсь, отрицательно качая головой. Нет.