Жребий мы действительно бросили, и Крэй отправился на поиски супермаркета. К сожалению, монетка – единственный наш способ распределения обязанностей. Просто договориться у нас не особо выходит. Пока ожидаем старшего, мы с Фредом пытаемся привести помещение в порядок. Что довольно сложно, учитывая отсутствие воды, поэтому просто сметаем пыль и грязь в угол под столом. Крэя нет уже больше двух часов. Вряд ли он заблудился в этом маленьком городишке. Видимо, флиртует с очередной бабой. Ничего нового. И действительно. После хлопка входной двери на кухне появляется мужчина с тремя полными пакетами продуктов, не требующих особых кулинарных навыков. Едва мы начали резать хлеб, сыр и колбасу для бутербродов, Крэй начал нам в деталях пересказывать его диалог с молоденькой кассиршей, поминутно прерываясь на комментарии по поводу ее волос и груди. Садимся за маленький круглый стол. Крэй намазывает свой хлеб толстым слоем майонеза, я – кетчупом. Продолжаю слушать болтовню старшего. Фред отпивает уже остывший кофе из термоса, закатывая глаза. Я едва заметно улыбаюсь, откусывая свой бутерброд.
Уже девять. Пора поговорить и о делах.
На продавленном диване в гостиной лежат три тела. Иначе сложно описать троих людей, покрытых потом и грязью. Мускулистый мужчина с короткой стрижкой прижимает обработанную перекисью марлю к глубокому порезу на рассеченной брови. Рядом с ним долговязый тяжело дышит и держится за ребра. На подлокотнике, ссутулившись, сидит девушка. Волосы прилипли к взмокшему лбу, но она не поднимает руки, чтобы их убрать. Все тело болит. В висках долбит. Сжимает мокрые веки. Глубоко дышит через нос, пытаясь унять разгорающийся приступ тахикардии.
Они справились. Они выполнили задание.
Эти трое могут расслабиться. Могут выдохнуть, но они не в силах.
Они уже давно не могут вдохнуть полной грудью.
1.
Сейчас особо остро ощущаю нехватку сна и жалею, что не вырубилась днем. Сижу на подоконнике, подтянув колени к груди и обхватив их руками, гляжу в окно на занавешенное окно напротив. Сжимаю в зубах сигарету. Втягиваю едкий дым. Он оседает в моих легких. Медленно выдыхаю через нос. Слегка морщусь, когда фильтр касается разбитой губы.
Сегодняшнее задание было успешным. Мы справились. Да-да, рассеченная бровь Крэя, треснутые ребра Фреда и мое «разукрашенное» лицо – это определенный успех. Не пришлось вызывать «скорую», все остались в строю и в относительном порядке, так что, да, мы в плюсе.
Прислоняю лоб к холодному стеклу, тут же сморщившись от боли. Схлопотала шишку. Черт.
Осторожный, но не терпящий возражений стук в дверь. Не поворачиваю головы на мужчину, который, не дожидаясь ответа, заходит внутрь и теперь нерешительно топчется на пороге. Я забралась на окно, не раздвигая штор, так что плотная ткань скрывает мою фигуру. Есть шанс, что он меня не заметит.
– Сегодня было до омерзения легко, – слышу смешок и шаги. А через две секунды шторы раздвигаются, и Крэй запрыгивает на подоконник напротив меня. Легко. Его сарказм меня убивает, – Верно, детка? – щурится, ожидая моей реакции.
«Детка». Это прозвище меня бесит. И он это знает. Как и то, что я не отвечу. Но все равно продолжает пытаться втянуть меня в разговор. А может, он просто любит болтать? Продолжаю хмуро смотреть в окно, но слегка киваю. Пусть только отстанет.
– Ты была молодцом, – какой-то разочарованный вздох. Еще бы, я снова его игнорирую. Краем глаза вижу, как мужчина неодобрительно косится на сигарету. Плевать. Жду, что он уйдет, но, – Дело не окончено. Этот дом на Ривер-стрит. Послезавтра выходим. А завтра выходной, – и улыбается этой своей обворожительной улыбкой, которая покорила сердца сотен девушек. Но я на это не ведусь. Слишком хорошо его знаю.
Мужчина вздыхает, слезая с подоконника. Вылезает из-за шторы, и больше я его не вижу. Только слышу шаги по направлению к двери и тихое: «Спокойной ночи». Щелчок двери.
С тяжелым вздохом отлепляю голову от окна. Спускаю ноги на пол. Встаю ровно. Вытаскиваю сигарету изо рта. Отодвигаю свободной рукой штору. В доме нет отопления. Ночью холодно. Плотнее кутаюсь в безразмерную темную кофту. Комната погружена во мрак, но мои глаза давно привыкли к плохому освещению. Подхожу к кровати. На ней все так же валяется мой рюкзак. Отодвигаю его к стене. Ложусь прямо на покрывало. Мне нужен сон. Нужен отдых. Но что-то подсказывает, что я не смогу заснуть. Переворачиваюсь на живот, вытягиваю руку с сигаретой. Прогорела почти до фильтра. Чуть наклоняюсь к полу и тушу сигарету о темный паркет. Все равно хуже ему уже не станет. Бросаю бычок под кровать. Переворачиваюсь на спину. Завтра целый выходной, включая спокойную ночь без приключений. Это хорошо…