Печально взглянув на свое промокшее и грязное платье, пришла к выводу, что в таком виде идти к Франциску не стоит. Меня и так считают странной, и нечистоплотность добавлять к ассоциациям с собой, желания нет.
Поднявшись и слегка протерев пятна носовым платком, поплелась к скверу находящемуся вблизи нашего дома, при необходимости через него всегда можно быстро и безопасно дойти до дома.
«Переоденусь, и приготовлю что-нибудь на ужин» – подумала про себя. Видимо успокоить нервную систему с помощью книжной атмосферы и порадовать отца обедом, сегодня не получится.
Уже переходя дорогу, ведущую к переулку, заметила, что железные ворота открывающие путь в сквер закрыты. Это показалось странным. Потому что обычно, он всегда открыть, его закрывают только на время прибытия важных эйнаров или членов совета, что бы они не сталкивались с большим количеством слафов, что зачастую проводят время на территории сквера.
Ах, да…вчера отец говорил, что в Анкар должны приехать гости из Тиррана. Бывший руководитель книжной фабрики господин Видаль решил отойти от дел и перебраться в Цинтрию поближе к сыну. Поэтому глава нашего сектора отправил запрос на замену руководства. И сегодня должен был приехать новый начальник со своей семьёй.
Что ж похоже придётся свернуть на мостовую, хотя обычно там сильный ветер из-за близости реки, а продрогнуть с промокшими ногами перспектива не особо впечатляющая.
Повернувшись спиной к скверу, начинаю двигать в направлении мостовой, но тут слышу громкий приближающийся лай, оборачиваясь, вижу огромного черного пса летящего по дорожке сквера прямо на меня. Это было мощное животное, под лоснящейся черной шерстью перекатывались бугры мышц, с оскаленной пасти капала слюна и глаза, налившиеся кровью, посылали сигнал о неминуемом страдании.
Еще секунда и он прошмыгнёт в открытую подворотню, а затем, следуя зову своей звериной крови, набросится на меня. Мысленно попрощавшись с отцом и своим счастливым или не очень будущим после экзаменов, парализующе стала наблюдала за приближением своей смерти.
Но резкий окрик не дал псу преодолеть последние полтора метров до меня.
«Альба, нельзя!»
Ах, так это девочка, отстраненно подумала я.
4.
Черный «сгусток смерти» замер, но продолжал внимательно следить за моими движениями, шумно принюхиваяс.
Метнув взгляд чуть выше головы этого недоразумения, заметила медленно приближающегося к воротам мужчину. С каждым шагом сокращающем дистанцию между нами, в легких оставалось всё меньше кислорода, а пальцы начинали леденеть и дрожать.
Ощущение странной реакции организма привело меня в чувство. Громко вздохнув, попробовала сделать один шаг назад, но неодобрительный рык животного, прервал мою попытку к бегству.
– «Стойте, не двигайтесь, иначе я не успею вам помочь» – прозвучала резкая фраза от незнакомца.
Он подошел к собаке, провёл рукой по загривку и сказал что-то тихо, но твёрдо. В мгновение ока, сменив гнев на милость, она обернулась к хозяину и разочаровано заскулила, при этом, всё же косясь на меня, но строгий взгляд которым, как мне показалось, одарил хозяин заставил её смолкнуть.
Тут же, словно из-под земли, за спиной знакомца вырос еще один мужчина, одетый в форму прислуги
– «Господин, ох.. прошу прощения, я не смог ее задержать, она сорвалась… словно почуяв добычу.. она…ахх.. никогда не вела себя так раньше…»– сбивчивым, после бега голосом начал извиняться тот.
– «Довольно, уведи ее Рамон, и оставь без ужина. Она почти ослушалась меня...»– раздраженно и чуть пораженно ответил незнакомец, принимая из рук беспокойного Рамона увесистую цепь и прикрепляя ее к ошейнику.
Рамон, с присущей всей прислуге расторопностью, подхватил сооруженный поводок и попытался потащить животное в сторону, но куда там. Она лишь фыркнула, подняла как-то по-кошачьи свой черный, блестящий как уголь на солнце хвост и сама, весьма величественно, и неспешно стала шествовать в противоположную сторону сквера, таща ругающегося Рамона за собой.
Проводив взглядом удаляющуюся причину моей не состоявшейся гибели, сосредоточила внимание на незнакомце.