— И как я только мог принять тебя за одну из поклонниц? — усмехается Артем, откровенно разглядывая меня, — обычно за мной охотятся девки в коротких юбках, а не в джинсах-бойфрендах. Пока не забыл, скажу: у тебя хороший слог. Зачитался прям. Пиши сценарии к фильмам, мой тебе бесплатный совет.
— Мне льстит твоя похвала. Ближе к делу, Артем. Ты знаешь: кто и я зачем здесь. Что дальше?
— А дальше все будет так, как вы затеяли с Зоей, — пожимает плечами Калачев.
— То есть? — не поняла я.
— Можешь начинать меня соблазнять. Только в джинсах и кедах у тебя ничего не выйдет, снимай их скорей, а вот твоя футболка мне нравится. Можешь оставить. Неоднократно имел возможность насладиться вживую игрой «Красных быков». А еще ты без лифчика, я прав?
Я покраснела, как маков цвет.
— Ты издеваешься надо мной? — рыкнула, как мне показалось грозно.
— Это Зойка издевается надо мной, послав мне тебя — чудо писательское.
— Не устраивает моя компания, могу передать Зое, что хочешь ее видеть, — обиделась я.
— Нет! Не хочу, — слишком поспешно отрицает он.
— Даже знаю причину такого решения. Ты не хочешь, чтобы она видела тебя, гору мышц, в таком плачевном состоянии, — язвительно говорю, заметив, что Артем сцепил зубы.
— Не поэтому, — возразил Калачев, — она мне больше не нужна. Пусть остается там, где находится сейчас — в постели этого смазливого финна Оксанена.
— Так ей и передать?
— Ничего не надо передавать. И не говори, что я все знаю, просто продолжай свою игру. Кстати, я самостоятельно оплатил счет за реабилитацию в клинике, и мне не нужны деньги ее любовника.
— Она уверяла, что будет платить из собственного кармана.
— Ага, как же! Все, что она зарабатывает, тут же спускает на ветер. У нас в Лос-Анджелесе есть общий дом, приобрели недвижимость на заработанные в UFC средства. Это единственное ее удачное вложение капитала.
— Хм, мне вот что интересно, как вы теперь будете делить этот дом?
— Алена Крапива, ты уклоняешься от темы, собираешься меня соблазнять или как?
— Или как! — говорю, вздернув нос.
— Так и знал, что я — малоприятное и антивозбуждающее зрелище — прикованный к кровати мужчина инвалид.
— Что ты несешь? Ты скоро поправишься и станешь здоровее меня, — возмущаюсь.
— Представляешь, сегодня ночью я почти не спал, читал твою печальную историю и, знаешь, чего мне хотелось постоянно? Крепко тебя обнять и погладить по блондинистой головке, как маленькую. Сделай одолжение — приляг рядом.
Сама не зная, зачем это делаю, скинула кеды и забралась на широкую постель с ногами. Артем вытянул руку и сграбастал меня в охапку, затем прижал к себе.
— Одна маленькая девочка, которая называет себя Никто, влюбилась в богатенького красавца, который предпочел ей другую — более успешную, более достойную, более красивую. Но вместо того, чтобы выкинуть мерзавца из головы, Никто мечтает о том, как танцует вальс в его объятиях, — тихо говорит Артем, перебирая мои волосы.
— Но потом эта добрая девочка знакомится ближе с его избранницей и разочаровывается в богатом красавце. И, наконец, поступает благоразумно — влюбляется в другого, более надежного мужчину. И перестает считать себя Никем.
— Такой себе из тебя сказочник, чемпион. Дерешься ты лучше, чем сочиняешь.
Артем рассмеялся и прижал меня к своей широкой груди. А мне стало стыдно за то, что он читал мои откровения. Я действительно называла себя в мемуарах Никто. Кто я? Никто.
— Крапива она и есть крапива.
В таком виде нас и застукал доктор Янис. Я смутилась, выбралась из объятий Артема и пересела в кресло. Вдруг стало неловко: отшила грека, а сама времени даром не теряю — забралась в постель к другому мужчине. Но Янис Кесиди повел себя невозмутимо. Он вежливо попросил меня выйти, так как Калачева ожидал сеанс массажа.
— Алена! Надеюсь, я тебя еще увижу? — крикнул мне в след Артем.
— Надейся, чемпион, — легкомысленно подмигиваю и скрываюсь за дверью.
Глава 19
Я не хотела больше приходить в клинику, но ноги сами несли меня туда. На сей раз, чемпиона посетила вечером, чтобы у нас выдалась возможность поговорить чуть подольше. Вечером пациенты обычно маялись от безделья, так как все занятия и процедуры назначают на первую половину дня. Артем бездельем не страдал, а мужественно лежал, пялясь то в потолок, то в телефон. Собственно и деваться ему некуда, если позвоночник дорог. Только лежать.
— О, Крапива пришла! А я уж думал, что не увижу тебя больше. Слушай, будь другом, помоги стать. Хочу сходить в туалет самостоятельно, видеть больше не могу эту гребаную утку. Мерзко себя чувствую, когда приходится делать в нее дела.