Игорь быстро пробежал глазами по ее телу сверху-вниз и уверенными движениями снял с нее брюки и футболку. На сопротивление сил у Кати уже не осталось.
Сосед скрылся за дверью. Катя натянула одеяло и провалилась в туманное забытье.
Она очнулась от прикосновений к своему телу.
— Ты меня напугала, — Игорь склонился над ней, держа в руках мокрую ткань.
— Видите, я тоже умею, — едва смогла выдавить из себя Катя.
Она ощутила, что лежит обнаженной, но не смутилась.
— Я обтираю уксусом. Моя бабушка всегда так делала, и это помогало. Лекарств у меня нет, к сожалению.
— И у меня, — тихо проговорила Катя.
Спокойные уверенные движения рук соседа по ее телу не вызывали у нее раздражения. Обычно от любых незнакомых прикосновений у Кати внутри все сжималось в тугую пружину, которая готова была выскочить наружу шквалом негодования на того, кто пытался дотронуться до нее. Катя закрыла глаза и погрузилась в блаженный полусон. Она вздрогнула, когда сверху на нее опустилась легкая ткань, которая обвила ее со всех сторон в нежный кокон, и снова окунулась в сладкую дремоту.
Легкий приятный запах проник через нос куда-то глубоко в мозг, как показалось Кате. Глаза открылись сами собой. На столике рядом с кроватью стояла кружка, из которой и доносился аромат липового чая. Кате удалось подняться и сесть на кровати. Голова почти не кружилась, и внутри не ощущалось тяжелого жара. Каждая клеточка тела отзывалась радостно на глотки горячего напитка. В который раз Игорь спас ее, ведь если бы Катя потеряла сознание дома, то неизвестно, когда бы она смогла очнуться и что могло случиться. Слабая попытка убежать от себя привела к тому, что организм не выдержал и заставил обратить внимание на то, что важно. До того, как приехать в деревню, все силы Катя отдавала проекту своей мечты. За это она платила беспокойным сном, отсутствием аппетита и частым раздражением без причины. Вероятно, именно похожим образом у людей происходят нервные срывы, выгорание и попытки самоубийства.
Дверь осторожно приоткрылась.
— Доброе утро. Я вижу, ты быстро идешь на поправку, — бодрый голос Игоря звучал тепло и мягко.
— Доброе. Да, чувствую себя намного лучше. Спасибо тебе большое. Ой, извини, перешла на ты вдруг.
— Я думаю, что после того, что я сделал с тобой, пока ты находилась почти без сознания, мы вполне можем перейти на ты.
Игорь улыбнулся и прикоснулся к Катиному лбу.
— Похоже, температура спала. Что ж, если других симптомов нет, то я надеюсь, что смог тебя вылечить. Меня Игорь зовут. А тебя?
— Катя.
— Значит, мою нежданную соседку зовут грозным царским именем Екатерина.
— Почему грозным? Вовсе нет.
— Согласен, ты — русалка с благородным именем. Так лучше?
Катя кивнула. Означает ли это, что его отношение к ней изменилось? И когда ей надо собираться домой? Катя не хотела спрашивать, потому что искала повод задержаться подольше в этом доме. Силы возвращались, а придумать предлог не получалось.
— Отдыхай, тебе нужны силы, — Игорь вышел из комнаты.
Катя открыла глаза, когда горячее солнце уже сверкало в зените, не давая места ни одному облачку. В доме же царила легкая прохлада. Облачившись в уже известный ей халат, заботливо оставленный на спинке кровати, Катя вышла из комнаты. На столе она заметила традиционную записку от Игоря.
«Пришлось срочно уехать. Надеюсь, ты чувствуешь себя хорошо. Но все же не стоит поздно вечером плавать. По крайней мере, в ближайшие дни.
P.S. Яичница на сковородке. Угощайся.»
Катя улыбнулась: такая неожиданная забота не могла не очаровать ее. Конечно, Женя тоже ухаживал за ней. Но такую ненавязчивую заботу от него Катя никогда не ощущала. Почему-то именно сейчас мысли об их с Женей отношениях совершенно не взволновали ее. Странно, ведь еще день назад она мечтала о том, как вернется в город, отдохнувшая и ожившая, завершит проект и сможет как прежде радоваться жизни вместе с возлюбленным. И ни на минуту не сомневалась, что Женя разведется с женой, как только вновь увидит ее, свою королеву. Катя тряхнула головой, чтобы отогнать эти мысли, потому что откуда-то из глубин подсознания появился легкий укор себе в том, что ей нравится Игорь. Она вспомнила истории о том, что спасенные часто влюбляются в своих спасителей. Хотя никакой катастрофы не произошло, но несколько неординарных ситуаций вполне могли ее заменить. Какая, к черту, влюбленность? Нет, это всего лишь минутная реакция на то, что человек оказал помощь другому, и поэтому возникает обычное чувство благодарности.