Женя и Катя. 3
Их роман развивался бурно и стремительно. После той ночи в общежитии Катя и Женя все свободное от занятий время проводили вместе. И если до этого попытки многих студенток каким-то образом попытаться привлечь внимание к себе были постоянными и слишком настойчивыми, то уже через месяц они прекратились почти полностью. Стало очевидным, что Женя просто не замечает никого, кроме Кати.
Об этих днях, наполненных чувствами, когда кажется, что весь мир создан только для двоих, а каждая частичка тебя стремится быстрее оказаться рядом с любимым человеком, Катя вспоминала уже потом, через несколько лет, с теплой грустью. И от этого она не испытывала боли или разочарования. Наоборот, воспоминания о первой любви иногда становились спасением, особенно вдали от дома.
Их расставание стало неожиданным прежде всего для нее самой. От чего это произошло, Катя тогда не задумывалась. Позже, когда она стала работать вместе с Женей, рассуждения привели к выводу о том, что корабль любви разбился, не выдержав расстояния.
На первый сигнал она даже не обратила внимания. Отъезд в США по студенческой программе обмена на год должен был, как ей казалось тогда, только укрепить их отношения, проверить на прочность, верность, честность. Женя испытал шок, когда услышал от нее эту информацию. Катя не говорила ему до последнего, чтобы не сглазить. Это и стало первой проверкой для обоих. То, что она скрывала отъезд, Катя вовсе не считала ложью. Но именно с этой самообмана начался долгий путь к расставанию. Перед отъездом было много суеты с оформлением необходимых документов плюс еще дополнительные занятия английским. Времени на встречи с Женей оставалось все меньше. Катя нервничала, злилась на себя, срывалась, плакала. Все, кто знал о ее отъезде, поздравляли, а многие откровенно завидовали. Особенно те, кто тоже подавал на эту программу, но не прошел по конкурсу.
Вечер перед вылетом Катя запомнила на всю жизнь. Женя выглядел печальным и озабоченным. Катя чувствовала себя виноватой, что оставляет его здесь, и поэтому отдавалась ему со всей нежностью, страстью, восторгом, желанием насладиться каждой частичкой тела любимого человека Она не хотела оправдываться ни в чем, ведь возможность пройти стажировку в США вряд ли упустил бы сам Женя, но его отрешенный вид заставлял Катю искать варианты, чтобы снова и снова утешить его.
Она попросила его не провожать ее в аэропорт, боясь, что в последний момент, увидев его глубокую тоску, не выдержит и просто выскочит из самолета.
Год обучения принес и радость, и мучение для Кати. Новые друзья, другая культура, сложности в понимании принципов жизни в США стали первым испытанием для нее. К счастью, она быстро смогла освоиться, и уже через месяц радостным голосом рассказывала Жене и Юле о том, как здорово учиться в Америке. И все мучительней с каждым звонком становилось для Кати говорить с любимым человеком, как будто ей приходилось оправдываться в неблаговидном поступке. Постепенно она стала все реже общаться с ним, ссылаясь на занятость. Отчасти это, конечно же, соответствовало действительности, но иногда Катя прикрывалась учебой, чтобы побыстрее закончить разговор.
За год она безумно соскучилась и по Жене, и по Юле, по родным, поэтому прилетела, полная вселенской любви.
Встреча с Женей получилась совсем не такой, какой представлялась Кате, пока он возвращалась в самолете домой. Он встретил ее в аэропорту, но она не бросилась в объятья, а он не стал осыпать ее поцелуями. Они стояли рядом, некоторое время молча смотря в глаза друг другу, и лишь после этого обнялись и обменялись коротким поцелуем.
Конечно, истории о жизни за рубежом вживую были более яркие и насыщенные, чем по Интернету. Катя много общалась с сокурсниками и преподавателями об особенностях обучения в США. Жене она тоже об этом много рассказывала, пытаясь воспоминаниями о поездке закрыть недосказанность в их отношениях. Сейчас Катя воспринимала его и их любовь совершенно иначе, как будто то, что происходило между ними до ее отъезда, было репетицией перед премьерой спектакля.
- Катя, нам надо поговорить.
Именно эти слова она боялась услышать от Жени больше всего в последние недели. И все же он их произнес.
- Да, хорошо. Давай сегодня в четыре встретимся в пиццерии.
- Ты полюбила пиццу, которую раньше ненавидела? Это вообще возможно?