— Я прилетел, но мне надо туда, вы не понимаете, там меня ждет девушка.
— Мужчина, отойдите, пожалуйста, иначе я вынуждена буду позвать охрану, — получил он в ответ явно непонимающее безразличие.
Он бросил эту затею и понял, что может еще успеть выйти из аэропорта и купить билет на любой рейс, ворваться в зону вылета и искать ее. Но знать бы, куда она летит. На выходе зоны прилета его ждала младшая любимая сестренка.
— Андрей, привет! — замахала она ему двумя руками.
— Дашуль, привет! — ответил он ей, крепко обнимая и кружа ее в воздухе.
— Как ты, братишка?
— Так себе. Я встретил в самолете прекрасную девушку, которую не смогу забыть, но я не знаю, как ее найти. Я обещал ей не спать, но заснул. Мы сидели вместе, пока я спал, она ушла, наверное, разочарованная во мне. У нее стыковка, но я не знаю, куда она летит. Но я знаю, что делать, подожди меня еще здесь немного.
— Ну конечно, я подожду, ведь я приехала за тобой. А что ты собираешься сделать? — спросила его сестра.
— Я сейчас куплю билет на любой рейс и пойду ее искать, — ответил он ей.
— Андрей, ты о чем? Это безумие. Ты представляешь, сколько людей в аэропорту, как ты ее будешь искать? Ты даже не знаешь страну, куда она летит дальше. Сколько у нее стыковка будет длиться? Все это бессмысленно, — говорила ему Дарья, а сама четко уже понимала, что ее целеустремленный брат не остановится.
— Я не прощу себе, если не сделаю этой попытки, — эти слова Андрей уже кричал на ходу, удаляясь в сторону касс аэропорта.
Быстро купив билет, он устремился в зону вылета. Как назло, все было очень долго, спящие досмотрщики как будто сговорились и делали так все медленно, как будто весь мир против него. Наконец-то он ворвался в зону вылета, которая тщательно запрятала от него девушку с глазами цвета неба, такими же синими и такими же глубокими.
Аэропорт тянулся в разные стороны, как большой город с бесконечными улочками, с одной разницей в том, что вместо туристов здесь было полно людей, ожидающих своего вылета и полностью безразличных к поискам Андреем своего счастья.
Поначалу он пытался кричать ее имя. Пару раз ему казалась, что вот она, он догонял девушку, дотрагивался до ее плеча, но в ответ к нему поворачивалась неизвестность. Через час он сдался и пошел на выход. Еще полчаса пришлось потратить на то, чтобы объяснить служащим аэропорта, что он никуда не полетит и его должны выпустить.
Даша ждала его терпеливо. Сестренка всегда была для него тем добрым другом, который его понимал, принимал таким, какой он есть. Он же стал для нее тем, кто был ближе всех, когда их мама умерла. Со старшим братом все было наоборот, тот стремился всегда оправдать ожидания отца, что сильно злило Андрея и истощало их родственную связь.
— Спасибо, что дождалась меня.
— Незнакомка растворилась как утренний туман?
— Не шути, и так тошно. Еще эта встреча завтра с ним.
— Ты опять пил?
— Не пил, а старался забыться.
— Тебе не надоело прикрываться алкоголем и прятаться в нем? Не проще ли просто поговорить с отцом, составить с ним диалог двух взрослых мужчин.
— Даша, у нас впереди долгая дорога, я успею еще наслушаться твоих нотаций. Поехали, извини, что заставил ждать.
— Ладно, не расстраивайся. Столько еще встреч у тебя будет впереди, поверь мне. Если б ты понравился девушке, она бы не исчезла просто так. Какой-нибудь знак бы точно оставила.
— Спасибо, подбодрила.
— Пожалуйста, лучше эту правду скажу тебе я, чем ты будешь мучиться дальше и сожалеть, что заснул.
— Хорошо. Может, ты и права. Может, просто показалось. Но знаешь, почему-то внутри меня такое странное чувство, что один сегодняшний день ярче, чем вся моя прожитая жизнь до него.
Даша заметила, что, пока они шли в машину, брат был чем-то очень обеспокоен. И это была не только встреча с неизвестной для нее девушкой, что-то явно его еще тревожило.
— Сестренка, у тебя есть листик?
— Андрей, какой листик?
— Обычный лист и ручка, — повторил он.
— Посмотри в бардачке.
— Господи, Даша, у тебя здесь чего только нет, но лист и ручка отсутствуют.
— Слушай, это мой бардачок, поэтому что хочу, то и вожу в нем! — гордо заметила она.
— Конечно, вози что угодно. Но неужели нет ничего, на чем можно записать?
— Знаешь, я как–то, собираясь встречать тебя, не думала, что мы будем наше общение записывать. Вернее, так: я буду одной рукой рулить, а второй писать, — дополнила она. — Ты так себе это представляешь?
— Ну ладно, не ворчи, вот, нашел, — ответил ей Андрей. — Что это?
— Это чек.
— Отлично, его и использую.
— Подожди, дай гляну, может, его нельзя брать.